Павел Александрович Парфентьев
Председатель Межрегиональной общественной организации «За права семьи»
Доклад на XX Международных Рождественских образовательных чтениях (2012)
Права семьи и родителей в проекте нового закона «Об образовании в РФ»
Необходимое предисловие
Тема этого доклада сформулирована достаточно узко: «Права родителей и семьи в новом законопроекте «Об образовании в РФ». Такую постановку темы я выбрал совершенно сознательно, и делаю это не без веской причины. Дело в том, что, хотя к законопроекту, обсуждающемуся уже более года, был высказан экспертами целый ряд разнообразных и серьезных замечаний, касающихся самых разных  вопросов, я считаю именно вопрос прав родителей и семьи центральным, когда речь идет об образовании. Этот вопрос, на мой взгляд, более значим, чем вопросы о финансовом обеспечении и даже о программном содержании образования. И прежде, чем перейти к деталям, я бы хотел пояснить, почему я в этом убежден.
Сказать об этом важно, потому что сегодня, порой, даже сторонники и защитники семьи оказываются непоследовательными в своих взглядах, когда речь заходит о некоторых вопросах – и среди них вопрос образования. Подчеркивая значение семьи, роль семьи, родительские права, многие, когда речь заходит об образовании, внезапно становятся сторонниками государственного монополизма в этой области. Слушая их, можно подумать, что вопросы рождения и воспитания детей – это вопросы, прежде всего, семейные, а вот сфера образования – уже сугубо государственная, общественная, и семья здесь играет второстепенную роль. Между тем эти взгляды крайне далеки от реальности. 
Очень часто, говоря, что семья – основа каждого общества, люди не вполне понимают слова, которые они произносят. Эта фраза становится своего рода пустопорожним лозунгом, произносимым к месту и не к месту. Между тем, она имеет очень конкретное значение – если институт семьи не обладает устойчивостью и защищенностью, и за семьей не признаются все ее функции – общество, в буквальном смысле, начинает трещать по швам. Ослабление семьи способно в течение буквально нескольких поколений разрушить любое общество и государство, лишить любой народ свободы и независимости, а в конечном итоге – и будущего. В этой связи очень важно, чтобы общество и государство признавало все функции, и все естественные права, которые следуют из самой природы семьи. Попытка их отрицания и умаления – неизбежно подрывает и семью, и общество и государство.
Между тем, ученым – но не широкой аудитории - давно известен простой факт. Массовое, единообразное, целиком находящееся в руках государства образование является фактором разрушения семьи. Мало того, оно оказывается и серьезным фактором, отрицательно влияющим на демографические процессы. Так, введение в XIX веке законов об обязательном посещении школы в США привело – и это научный факт – к резкому снижению рождаемости в Америке. Схожее влияние массового обязательного образования можно было наблюдать и в других странах. Переход образования под определяющий контроль государства везде, в большей или меньшей степени, приводил к разрушению института семьи. Попытка решить социальную проблему недостаточной грамотности путем полного государственного контроля над образованием, парадоксальным образом, превращалась в нанесение обществу серьезного ущерба. 
При внимательном взгляде становится понятно, что основная проблема здесь кроется вовсе не в антагонизме между обучением в семье и обучением в школе. Не школа как таковая разрушительна для семьи. Напротив, долгие века существовали школы – семейные, общинные и церковные, которые играли позитивную роль и вовсе не оказывали того разрушительного воздействия на семью и общество, которые можно наблюдать сегодня. Водораздел проходит вовсе не между семьей и школой. Он проходит между ситуациями, в которых контроль над образованием и воспитанием остается, так или иначе, в руках семьи – и ситуациями, в которых этот контроль у семьи отбирается и принудительно по отношению к ней осуществляется государством. И причина этого становится вполне понятной, если мы внимательно рассмотрим природу происходящих при этом процессов. 
Американский демограф из Принстонского университета Норман Райдер очень точно подметил, что именно при этом происходит. Он пишет, что такое «образование молодого поколения - разрушительно, поскольку молодые люди, став ходить в школу, проводят различие между тем, чему они там учатся и чему могут научить их отцы». Иными словами, происходит расщепление воспитательного авторитета, расщепление процесса социализации, который оставался целостным, пока находился в руках семьи. Процесс семейной социализации един – в нем уникальным образом сплавлены, не противопоставляясь друг другу личностные и эмоциональные связи, свобода и долг, социальная ответственность, формальные и неформальные отношения. Здоровая семья, осуществляя воспитание и обучение ребенка, учит его одновременно для него самого, для всей семьи, и для всего общества. В здоровой семье воспитание и обучение ребенка целостно, поскольку опирается на общие для всей семьи поведенческие и мировоззренческие ценности и нормы, и на сложную систему семейной деятельности. Ценности прагматические, связанные с достижениями и успехами, в семейной социализации неизбежно занимают место, хотя и важное, но вторичное, служебное, по отношению к ценностям смысловым и межличностным. Именно это делает семью совершенно уникальным местом воспитания человеческой личности. 
Школа не нарушает цельности этого процесса до тех пор, пока она оказывается своего рода «продолжением семьи», признавая при этом центральную и определяющую роль семьи и в воспитании и в образовании, являющемся, в конечном счете, средством и частью воспитания цельной достойной личности. В семейном воспитании и обучении, благодаря тесным естественным связям между членами семьи, личность никогда не делается простым придатком функции, а человек не превращается просто в инструмент. Между тем, к сожалению, это очень легко происходит в образовательных учреждениях, когда они становятся независимы от семьи, а целью их существования становится простое выполнение определенных «общественно значимых функций». Из субъекта воспитания человек в этом случае крайне легко делается объектом педагогического воздействия, а то и просто элементом педагогической технологии – массового производства своего рода типового продукта образования. Если семья не может выбирать образование для своего ребенка, но обязана отдавать его в массовую государственную школу – эта школа моментально начинает ощущать себя начальствующей над всей семьей, включая родителей, что сегодня и происходит.
Еще раз подчеркну, что все эти печальные явления начинаются именно тогда, когда школа, образовательный институт, начинает действовать независимо от семьи, вне сферы семейного контроля. Вопреки модным сегодня мнениям, множественность воспитательных авторитетов – отнюдь не положительный фактор в воспитании цельной личности. Появление в жизни ребенка целого ряда авторитетов, часто противоречащих друг другу, и не находящихся в сфере родительского контроля, оказывается фактором отрицательным и разрушительным для формирования юной личности. Российский социолог-фамилист, профессор Анатолий Антонов, так пишет об этом процессе: «Единый прежде семейный авторитет подвергся многоступенчатому расщеплению, распавшись на ряд противоречащих друг другу “социализационных авторитетов”. Тем самым создавался постоянный источник конфликтной социализации молодежи, находящий разнообразные формы … проявления этой конфликтности, несогласованности воспитательных воздействий – от нарушений и имитации нормативного социокультурного поведения до социальной патологии разного рода (бегство от жизни и своего Я, суицид, агрессия против других, насилие, правонарушения и преступность)». Таким образом, умаление семейного авторитета превращается во вполне реальные и массовые проблемы общества, которые мы сегодня наблюдаем. 
Эта проблема не столь рельефна в ситуации относительной ценностной и мировоззренческой однородности общества, т.е. такой ситуации, в которой и семья, и школа, и сверстники оказываются носителями более или менее единой системы ценностей, ориентиров и норм. В значительной мере в силу именно этого массовая школа советского времени не создавала столь быстрых и очевидных деструктивных последствий и, пожалуй, ее благие плоды перевешивали ее отрицательные эффекты. Однако сегодня такого ценностного единства не существует, напротив – в силу целого ряда процессов общество становится все менее однородным в ценностном отношении. В силу этого, единственным надежным, здоровым институтом социализации, создания цельной среды воспитания и обучения, может сегодня быть лишь крепкая, имеющая надежные и стабильные ценности, семья. Сегодня ни один другой институт или учреждение, ни одна педагогическая «технология» не смогут в этом отношении заменить семью, не смогут обеспечить нормальную социализацию личности и профилактику серьезных социальных проблем. Более того, ставить перед ними эту задачу – попросту глупо. Сегодня все иные структуры и институты общества, в том числе образовательные, могут выполнять лишь одну из двух функций – содействовать семье и поддерживать ее в выполнении ее определяющей социализационной роли, либо противостоять ей и разрушать ее, разрушая, тем самым, все общество. Только семья, какой бы слабой она сегодня многим не казалась, способна оживить и возродить все иные общественные институты, вдохнуть в них подлинное содержание. И это – очевидная истина, которую необходимо понять и из которой необходимо исходить всем, кто защищает сегодня семью и думает о подлинном благе общества.
В этой связи, необходимо сказать еще одну важную вещь. К сожалению, сегодня все чаще мощь образовательной машины, контролируемой государством, в самых разных странах используется в откровенно деструктивную сторону. Школа используется для насаждения представлений и ценностей, противоречащих нравственным нормам и подлинному благу общества. Когда семья отстранена от контроля над образованием, любая деструктивная сила, захватившая, в той или иной степени, контроль над обществом, может и будет использовать механизмы образования в своих целях.  Она будет посредством образования индоктринировать детей своими идеями, своими ценностями, усиливать с помощью образования свою власть, создавать полностью иное, построенное на откровенно ложных ценностях общество. Совершенно не случайно все тоталитарные системы стремились монополизировать контроль над образованием, отстранив от него семью. И сегодня везде, где дает ростки тот или иной вид государственного или надгосударственного тоталитаризма, семью стремятся максимально отстранить от образования. 
В этой связи показательно, что именно в тех странах Запада, которые сегодня оказываются наиболее близки к своего рода «диктатуре либерального тоталитаризма», наблюдаются одни и те же тенденции. Страна за страной вводят или пытаются ввести обязательное внесемейное дошкольное образование, сделав детские сады обязательными с трехлетнего возраста (а иногда и раньше), запретить семье выбирать форму получения ребенком образования, не допускать контроля семьи над школой, и, в особенности, перекрыть возможность обучения ребенка вне контролируемой государством школы, в самой семье. Детей с малолетства учат позитивно относиться к явлениям, чуждым культуре и нравственным ценностям их семей – например, к гомосексуальному поведению, иным видам разврата. Показательно, что, запрещая получение образования вне школы, в семье, европейские правительства часто аргументируют такое решение тем, что дети, якобы, имеют право на получение нерелигиозного образования и воспитания. Иными словами, прямо декларируется необходимость прерывания религиозных традиций семьи с помощью обязательной государственной школы, узурпация принадлежащего семье права воспитывать и формировать совесть и сознание ребенка. Отстранение семьи от образования – по сути, самый эффективный инструмент устойчивой узурпации власти, отделения ее от подлинных интересов народа, порабощения народа. И наоборот, свобода народа, его благополучие зависят, во многом, не от тех или иных форм управления государством, а от того, насколько свободна и уважаема в обществе семья и, не в последнюю роль, от того, насколько она влиятельна в сфере образования детей. 
Надеюсь, после этого пространного введения всем ясно: усиление роли и влияния семьи в сфере образования – это задача, имеющая стратегическое значение для сохранения и возрождения российского общества. Понимание этой задачи вносит ясность и в цели, возникающие в связи с ней. Перечислим наиболее очевидные из них:
1.	Обеспечить свободу семьи в воспитании детей. Прежде всего, сохранить возможность, более того, приоритет выбора семьи в пользу домашнего дошкольного воспитания детей.
2.	Обеспечить максимальную возможность влияния семьи на образовательные институты для детей – на детские сады и школы. В максимальной мере использовать это влияние, чтобы школа снова заняла подобающее ей место – место помощника и союзника семьи в деле воспитания и образования.
3.	Защитить права родителей в сфере образования.
4.	Не допускать использование детских образовательных институтов во вред семье и детям, для разрушения семьи, нанесения ей вреда, умаления авторитета и значения семьи, деструктивного влияния на детей.
5.	Обеспечить свободу домашнего образования детей, право родителей самостоятельно обеспечивать образование детей вне школы. 
С этой точки зрения поговорим о деталях проекта нового закона «Об образовании» - его т.н. версии 3.0.3, предназначенной, как сообщил министр образования и науки господин Фурсенко, для скорого внесения в Государственную Думу.
1. Возможность домашнего дошкольного воспитания.
Как уже отмечено, попытки введения обязательного дошкольного образования вне семьи в разных странах носят откровенно негативный, антисемейный и, по существу, антиобщественный характер. Необходимо не допустить введения в России обязательного посещения дошкольниками детских садов. 
Введение обязательного дошкольного образования в детском саду абсолютно неоправданно. Между тем, его пытаются снова и снова ввести под разными предлогами. Главный из этих предлогов заключается в том, что обязательность дошкольного образования, якобы, даст возможность обеспечить всех нуждающихся детей местами в детских садах. Между тем, это явно ложный аргумент, поскольку между обеспечением желающих родителей местами в детских садах для их детей и обязательностью детских садов никакой связи попросту нет. 
На настоящий момент в России действительно существует серьезная нехватка дошкольных учреждений. По статистическим данным (статистический сборник “Дети в России. 2009”, изданный Юнисеф и Федеральной службой государственной статистики) на 2008 год 59% детей дошкольного возраста в России было охвачено детскими садами. В очереди на место в детском саду ожидали 19,8% детей. Понятно, что эту проблему надо решать.
Но, вместе с тем, по тем же данным, не обучались в детских садах и не числились в очереди 21,2% детей. Таким образом, существенная часть российских семей пользуется правом давать дошкольникам воспитание и образование в семье - это родители 1/5 части всех российских детей дошкольного возраста. По данным опросов общественного мнения 14% взрослых россиян считают, что детей лучше не отдавать в детские сады. Среди жителей Москвы этот процент еще выше – 27%. То есть, значительная часть родителей предпочитает детей дошкольного возраста воспитывать дома. 
И это желание совершенно оправданно. Зарубежные исследования показывают, что раннее обязательное образование детей не дает позитивного результата в долговременной перспективе. Так, проведенное в 2007 г. в Европе объемное исследование, охватившее около 35.000 детей, показывает, что образование на ранней стадии не оказывает влияния на уровень развития детей, поступающих в начальную школу. Согласно другим исследователям, дети, обучающиеся в детских садах, показывают статистически значимое превосходство в учебных успехах по сравнению со сверстниками, не посещавшими детского сада, в третьем классе школы, однако к пятому классу какая-либо разница между их учебными успехами исчезает полностью (таким образом, образовательный эффект детского сада является кратковременным и не влияет на результаты образовательного процесса в целом). Другое исследование показывает, что у детей, посещающих дошкольные учреждения, социальные навыки развиваются хуже, чем у детей, воспитывающихся в домашних условиях.
Наконец, наиболее серьезен еще один фактор. Исследования в области детского развития показывают, что существует связь между поведенческими проблемами и посещением дошкольных учреждений: чем больше времени проводил ребенок в детском саду, тем больше была вероятность демонстрации им поведенческих проблем в старшем возрасте (при обучении в шестом классе средней школы). Научные данные указывают, что наиболее благоприятной средой для воспитания и развития ребенка раннего возраста является именно семья. 
В интересах детей, семей и общества в целом – дать желающим семьям возможность спокойно воспитывать детей дошкольного возраста дома. Более того, необходимо содействовать этому решению, делать его предпочтительным для семьи. Между тем, сегодня наблюдается обратная тенденция.
В первой версии нового законопроекта «Об образовании в РФ», опубликованной для обсуждения летом 2010 года, предусматривалась обязательность дошкольного, как минимум предшкольного образования. Кстати говоря, это новшество уже было опробовано на Украине, приведя к серьезному непониманию и протестам со стороны многих родителей. Вызвало оно и серьезные протесты общественности в России, после чего эта норма из законопроекта была убрана. 
Однако, серьезные опасения в этом отношении остаются. Во-первых, в новом законопроекте дошкольное образование становится не отдельным видом образования, а первым уровнем общего образования (ст. 63 ч. 1). От этой нормы – всего один шаг до объявления его обязательным. 
Реалистичность этого опасения подтверждается тем фактом, что Концепция Федеральной целевой программы развития образования на 2011-2015 г. (утв. Постановлением Правительства РФ от 07.02.2011 N 61) указывает: «Для обеспечения равных стартовых возможностей готовности граждан к получению начального общего образования прорабатываются законодательные изменения, обеспечивающие обязательность образования детей старшего дошкольного возраста».
Итак, в этой сфере в интересах общества и семьи:
•	Обеспечить доступность детских садов и аналогичных учреждений для всех семей, которые этого желают;
•	Вместе с тем, не допустить обязательности посещения детского сада и обязательности формального дошкольного образования;
•	Настаивать на государственной поддержке семей, осуществляющих дошкольное воспитание и образование дома – такое решение семьи отвечает интересам всего общества.
2. Влияние родителей и семьи на образовательные организации
Как и в действующем законе РФ «Об образовании» возможности родителей детей влиять на ситуацию в образовательных организациях в законопроекте остаются неопределенными и, по сути, декларативными. Соответствующее право родителей (ст. 45 ч. 2 п. 7) предусматривает лишь возможность «принимать участие в управлении организацией, осуществляющей образовательную деятельность, в форме, определяемой уставом этой организации». Иными словами, как и сегодня, образовательная организация сама может определять, какие полномочия дать родителям – будут они сколько-нибудь реальными или лишь формальными и сведенными практически к нулю. 
При этом если в предпоследней версии законопроекта родительский комитет фигурировал в списке обязательных органов коллегиального самоуправления образовательной организации, то в последней версии его упоминание исчезло (ст. 25 ч. 5). Впрочем, это упоминание отсутствует и в действующем законе РФ «Об образовании», делая этот орган факультативным, в отличие от попечительского совета (фигурирующего и в проекте нового закона). 
На наш взгляд, целесообразно, чтобы в законе была предусмотрена обязательность родительского комитета для образовательных организаций, в которых обучаются несовершеннолетние, выборность этого органа, а также четкий минимальный набор его полномочий (в частности, согласование с родительским комитетом внесения изменений в устав и локальные нормативные акты школы, учет мнения родительского комитета при формировании учебного плана и образовательных программ школы и т.п.). 
Следует отметить, что новый законопроект предусматривает право родителей (ст. 45 ч. 2 п. 7) создавать «представительные органы родителей». Рамочный характер этой нормы дает достаточно гибкие возможности для формирования подобных органов. Однако, их полномочия также остаются не просто неясными, но и явно умаленными по отношению к представительным органам обучающихся. 
Так, при принятии локальных нормативных актов образовательной организации (ст. 29. ч. 3) обязателен учет мнения представительных органов обучающихся и работников этой организации, но не представительного органа родителей несовершеннолетних обучающихся. Ст. 35 ч. устанавливает порядок определения взаимоотношений образовательной организации и представительных органов ее обучающихся – но, опять же, не родителей несовершеннолетних обучающихся. При наложении на обучающегося дисциплинарного взыскания (ст. 44 ч. 4), опять же, учитывается мнение представительного органа обучающихся, но не родителей. 
Фактически, единственное положение, прямо предусматривающее право представительного органа несовершеннолетних обучающихся на что-либо – норма ст. 46 ч. 1, указывающее, что с этими органами обязательно должен быть согласован локальный нормативный акт, устанавливающий порядок создания, организации работы и принятия решений комиссией по урегулированию споров между участниками образовательных отношений. 
Эта ситуация (связанная и с недостаточной защитой в законопроекте прав родителей в целом) представляется явной и существенной недоработкой, ущемляющей права родителей и лишающей их возможности влиять на образовательные организации. 
При этом самой образовательной организации дается право устанавливать обязанности родителей, в дополнение к установленным законом, своими локальными нормативными актами, и родители обязаны их исполнять (ст.45 ч. 4). Это, по сути, в еще большей мере, чем сегодня, ставит родителей в положение фактических подчиненных образовательных организаций, что недопустимо.
В интересах семьи и общества добиваться чтобы:
•	родительский комитет был обязательным органом коллегиального самоуправления в организациях, в которых обучаются дети, имел четко определенные и существенные права;
•	мнение представительных органов родителей учитывалось во всех вопросах, затрагивающих права и обязанности несовершеннолетних обучающихся и их родителей;
•	наложение на родителей дополнительных обязанностей локальными нормативными актами школы не допускалось, будучи ограничено, как в действующем законе, нормами устава. 
3. Защита прав родителей в сфере образования
Участие Межрегиональной общественной организации «За права семьи», других организаций и представителей общественности в обсуждении законопроекта принесло некоторые положительные плоды в сфере защиты прав родителей в законопроекте. 
Одно из существенных достижений: признание за родителями права «получать информацию обо всех видах обследования (медицинских, психологических, педагогических) обучающихся, давать согласие на проведение таких обследований, отказаться от их проведения» (ст. 45 ч. 2 п. 6). Вместе с тем, гарантии соблюдения этого права недостаточны, поскольку обязанность организации заблаговременно предоставлять родителям соответствующую информацию не предусмотрена. 
Еще одно позитивное изменение, которого нам удалось добиться с участием широкой общественности – появление в ст. 43 ч. 3 нормы, согласно которой «психолого-педагогическая и медико-социальная помощь оказывается детям на основании заявления или письменного согласия их родителей (законных представителей)». Раньше этой нормы не было, что создавало угрозу принудительного оказания соответствующей помощи, без учета интересов семьи. 
Вместе с тем, гарантии защиты прав родителей в сфере образования остаются в законопроекте явно недостаточными. Это очевидно, прежде всего, из норм, обязывающих образовательные организации к соблюдению прав участников образовательного процесса. Во всех этих нормах в законопроекте (например, в ст. 27 ч. 6 п. 3) указывается, что эти организации обязаны соблюдать права обучающихся и педагогов – но права родителей несовершеннолетних обучающихся даже не упоминаются, представляясь как бы несущественными. 
Не предусмотрена защита прав родителей несовершеннолетних обучающихся и на уровне санкций – ни действующий Кодекс РФ об административных правонарушениях, ни предлагаемые в него в связи с законопроектом изменения не предусматривают ответственности за нарушение этих прав, в отличие от прав собственно обучающихся (ст. 5.57 КоАП РФ).
В интересах общества и семьи необходимо предусмотреть обязанности образовательных организаций, необходимые для эффективной реализации прав семьи и родителей, в том числе административную ответственность за нарушение этих прав.
4. Возможность использования системы образования во вред семье и детям
На сегодняшний день есть две основные опасности использования системы образования во вред семье и детям. 
Речь идет, во-первых, о возможности через систему образования прививать детям взгляды, культурно и мировоззренчески чуждые их семье, например противоречащие взглядам семьи религиозные и философские взгляды, идеи, противоречащие нравственным представлениям семьи. Необходимо отметить, что обязывающие международные нормы требуют от государства уважения права родителей обеспечивать такое образование детей, которое отвечает их религиозным и философским взглядам и убеждениям. Это право становится все более актуальным во всем мире, особенно для христианских семей. Между тем, это право родителей не получило отражения в законопроекте, что может повести к злоупотреблениям в данной области.
Во-вторых, речь идет о попытках развращения детей под видом т.н. «сексуального просвещения». Программы сексуального образования, вводимые во многих странах под эгидой международных организаций, таких как ООН и ВОЗ, прямо противоречат нравственным ценностям большинства россиян. Так, к примеру «Стандарты сексуального образования в Европе», подготовленные ВОЗ и изданные в 2010 г. предусматривают сексуальное образование детей с момента рождения, требует предоставить детям от 0 до 4 лет (!) информацию об «ощущении радости и удовольствия от прикосновения к собственному телу, мастурбации в раннем возрасте», а в возрасте 9-12 лет требует предоставить детям информацию об их «сексуальных правах», к которым, относится, к примеру «право на сексуальное удовольствие, включая автоэротизм». 
Здесь необходимо отметить, что на данный момент в России созданы все законодательные условия для введения подобных, подрывающих общественную нравственность и безопасность детей, программ развращения детей под видом «сексуального образования», поскольку ст. 4 п. 2 Федерального закона от 30.03.1995 N 38-ФЗ "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)", предусматривает норму, согласно которой государством гарантируется «включение в учебные программы образовательных учреждений тематических вопросов по нравственному и половому воспитанию». Стоит отметить также, что именно под видом профилактики ВИЧ/СПИД подобные разрушительные программы внедряются в образование детей по всему миру при покровительстве различных структур и агентств ООН. 
В этой ситуации необходимо защитить права семьи и родителей на полный контроль над вопросами полового воспитания и обучением в вопросах, связанных с интимной сферой человеческой жизни. Необходимо прямо предусмотреть на законодательном уровне запрет проводить какое-либо обучение в этих областях без предварительного согласия родителей, данного ими после ознакомления со всеми используемыми при этом учебными материалами. Несмотря на то, что наша организация предлагала ввести в закон подобные – совершенно необходимые – органичения, это, однако, сделано не было. 
Определенная возможность влияния на эти области все же в рамках законопроекта у родителей есть, поскольку в нем декларируется, что содержание образования должно обеспечивать «формирование и развитие личности человека в соответствии с принятыми в семье …  духовно-нравственными и социокультурными ценностями». Однако, осуществлять это влияние на практике будет непросто, в силу отсутствия соответствующих правовых механизмов. В интересах общества и семьи прямое закрепление в новом законе соответствующих прав родителей. 
5. Семейное образование
Следует упомянуть, что в первой редакции законопроекта, выставленной на общественное обсуждение, право на семейное образование – т.е. обучение детей силами семьи вне школы, предусмотренное действующим законом «Об образовании», полностью отсутствовало. Благодаря усилиям общественности при действенном руководящем участии Межрегиональной общественной организации «За права семьи» это право удалось отстоять и вернуть в закон. В целом, условия для семейного образования в законопроекте не хуже, однако, к сожалению, и не лучше, чем в действующем законе. Использование этого права будет реальным, но, по-прежнему, сопряженным с различными серьезными затруднениями. 
До 2004 года родители, обучающие детей дома, получали от государства компенсацию, соответствующую нормативу финансирования на ученика школы. В 2004 году эту норму тихо убрали, и компенсации в итоге получают лишь родители из нескольких регионов России. Эта ситуация несправедлива и не отвечает Конституции, ст. 43 которой требует от государства не просто допускать, но и поддерживать разные формы образования. От родителей, которые учат детей, требуется соответствие ФГОС, но их образовательные труды государство материально не поддерживает. Учитывая, что родители при этом платят налоги, на средства которых государством содержатся школы, они, фактически, несут двойные расходы – расходы на государственное школьное образование и полные расходы на обучение своих детей. Эта ситуация, по меньшей мере, несправедлива. 
Кроме того, многие нормы закона попросту не учитывают специфику и особенности правовой ситуации детей, обучающихся дома. Так, к примеру, нормы об итоговой аттестации написаны таким образом, что дети, обучающиеся в форме семейного образования, могут оказаться в ситуации правовой неопределенности.
Стоит помнить, что домашнее обучение детей всегда было традиционным для России, и традиция эта, вполне успешная, была прервана лишь в советское время. Как в старое время, так и сегодня, целенаправленное домашнее образование дает прекрасные результаты, и в отношении академического уровня обучающихся, и в отношении их социализации, что подтверждается многочисленными специальными исследованиями. Средний уровень домашних учеников стабильно выше уровня их сверстников, обучающихся в школе – причем это не особо зависит от образовательного уровня самих родителей, что лишний раз подтверждает простую истину: семья – наиболее естественная и плодотворная среда и для воспитания, и для образования ребенка. Что немаловажно, семейное образование укрепляет семью в целом, связи между детьми и родителями, позволяет успешно передать молодому поколению мировоззренческие ценности семьи, в частности религиозные.
В интересах семьи и общества сделать право на семейное образование свободно доступным для желающих семей в качестве альтернативы школе. Доступные конкретной здоровой семье школы сегодня, все чаще, увы, оказываются неспособны удовлетворить ее образовательные и этические запросы. Нормы закона должны учитывать особенности образования в семье и облегчать, а не затруднять его. Наконец, следует вернуть в законопроект норму о финансовой поддержке семьи, самостоятельно выполняющей обязанности по обучению детей. 
Заключение
В целом, к сожалению, можно сделать четкий вывод: новый проект закона об образовании не ставит семью на подобающее ей место, не уважает в достаточной мере ее значимость и естественные права в области воспитания и образования детей. В этом смысле, увы, он не направлен на возрождение семьи и общества, а находится, скорее, в русле умеренно разрушительных и латентно антисемейных тенденций в современном российском праве. Чтобы этот законопроект мог принести российскому обществу пользу, а не вред, его надо серьезно пересмотреть в фамилистической перспективе, т.е. уделяя должное внимание и место значимости и естественным правам семьи и родителей в области образования.  
Семья должна вернуться в центр образования и воспитания, а педагоги, детские сады и школы, должны осуществлять присущее им служение добрых помощников семьи, действующих, по существу, от имени семьи, в силу авторитета и прав, переданных им родителями.