Представители Центра обратили внимание собравшихся на серьезные правовые проблемы, к которым приведет принятие законопроекта, а также представили подготовленный Центром аналитический доклад.

В пресс-релизе, опубликованном на сайте Общественной Палаты РФ, прозвучавшая на слушаниях критика законопроекта отражена следующим образом:

«Однако, в адрес законопроекта прозвучало и много критики. В первую очередь, резко против выступили представители родительских и религиозных организаций. Они традиционно отвергают любое вмешательство в дела семьи извне».

В связи с этим генеральный директор Аналитического центра «Семейная политика.РФ» Павел Парфентьев дал следующий комментарий новостной службе юридической компании LEXPRO :

«В пресс-релизе ОП РФ информация о прошедших слушаниях представлена, на мой взгляд, односторонне и искажена. Стало своеобразной модой сводить позицию сторонников защиты семьи к взглядам “религиозных организаций” и относить нежелание давать государству широко вмешиваться в дела семьи на счет религиозных традиций. Это, конечно, совершенно неверное представление фактов.

Я участвовал в этих слушаниях в Общественной Палате, представляя там Аналитический центр “Семейная политика.РФ” и организацию “За права семьи”. Обе эти структуры – вполне светские организации, выражающие не религиозные, а экспертные и гражданские оценки. И критика в адрес законопроекта звучала правовая, вполне основательная, а не эмоциональная. Он действительно неизбежно поведет к широкому вмешательству в дела семей без веских оснований и к нарушению целого ряда общепризнанных российских и международных правовых норм, содержит целый ряд серьезных коррупциогенных факторов.

Так что критика законопроекта на слушаниях вовсе не опиралась на религиозные традиции – это была конструктивная, хорошо обоснованная и серьезная критика. Мы представили там аналитический доклад нашего центра, показывающий, как законопроект повлияет на институт семьи в России. Любые профессиональные, вдумчивые представители власти, должны учитывать такую критику. К сожалению, представители министерства – разработчика законопроекта, вместо внимания к нашей позиции, по моему впечатлению, ушли в “глухую оборону”, реагировали на нее скорее эмоционально, а не рационально.

Мы задали представителю Министерства образования, которое разрабатывало проект (кстати, он не размещался, как это обычно делается, на сайте министерства для экспертного обсуждения, не проходил общественного обсуждения до внесения в Думу) простой вопрос — уже сейчас в семейном законодательстве есть проблемные формулировки, которые приводят к большому количеству эксцессов, к нарушению прав семьи и родителей. Работая “в поле”, помогая людям, мы с этим постоянно сталкиваемся. И почему вместо того, чтобы исправить эти крены, их усиливают – ведь законопроект соцпатронат “навешивает” как раз на такие “резиновые” формулировки, что и вызывает критику просемейных экспертов. Ответа по существу мы на наш вопрос не получили. Кстати, и представители Общественной Палаты с этой частью нашей критики выражали согласие.

Сегодня в стране остро стоит демографическая проблема. И надо принимать не такие законы, которые создают для семьи и родителей атмосферу страха, удерживая их от рождения детей, а законы, защищающие семью и создающие условия для ее реального укрепления. Печально, когда вместо этого вводятся нормы, обоснованно пугающие людей и двигающиеся в сторону возможности тотального контроля над их личной и семейной жизнью».

Павел Парфентьев, юридический практик, председатель МОО «За права семьи»: Минздрав и Госдума довели граждан до голода!..

Тот факт, что законопроект одним своим определением здоровья может повести к разрушению десятков тысяч российских семей, живущих в бедности, видимо, не имеет для законодателей никакого значения…

lexpro.ru

Законопроект о химической кастрации педофилов — мнение эксперта

05/10/2011 Депутаты Госдумы во вторник в первом чтении приняли президентские поправки к Уголовному кодексу, ужесточающие наказание за педофилию.

За документ проголосовали 432 депутата, один воздержался. …

Читать далее

«В течение обзорного периода продолжали поступать обращения с протестом против создания ювенальных судов и просьбой не принимать законопроект  № 38948-3 (законопроект отклонен и снят с  дальнейшего рассмотрения Государственной Думой) «О внесении дополнений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации».  Граждане возражали против реализации проекта «Детство-2030″, введения персонализированного «Паспорта здоровья школьника», «принудительных прививок детей и любого другого вмешательства чиновников в дела семьи»«

<…>

Более половины обращений по вопросам семьи, охраны материнства и детства поступило с просьбами об отклонении законопроекта № 304472-5 (снят с рассмотрения Государственной Думы в связи с отзывом субъектом права законодательной инициативы) «О внесении изменения в пункт первый статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации в целях уточнения структуры расходов на содержание детей». «Законопроект является очень несовершенным. Вместо помощи семьям и детям, оказавшимся в трудной ситуации, он поставит под удар самые социально незащищенные — бедные и неимущие семьи, когда у родителей отнимают детей исключительно в связи с их бедностью». Ответ Комитета по вопросам семьи, женщин и детей гражданам, обратившимся по данному вопросу был опубликован на официальном сайте Государственной Думы в подразделе «Часто задаваемые вопросы» раздела «Обращения граждан в ГД» рубрики «Представительная деятельность».

В поступивших письмах содержались критические отклики на следующие законопроекты:

<…>

- № 534829-5 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»

«Законопроект может повести к серьезному нарушению прав детей и семей. В работе не были в должной мере учтены уже озвученные и получившие широкую поддержку общественности предложения общественных организаций и граждан»».

Источник

Комментарий Председателя МОО «За права семьи» Павла Парфентьева:

«Из обзоров писем граждан, регулярно публикуемых на сайте Государственной Думы, можно видеть: граждан серьезно волнуют вопросы, связанные с защитой прав семьи. Такой общественный интерес можно только приветствовать, он показывает — у нашего народа есть будущее.

Можно заметить, что реакция общественности, письма людей — все это оказывает влияние на принимаемые решения. Скажем, законопроект о внесении изменений в статью 80 Семейного кодекса — был, в конце концов, снят с рассмотрения. А вместо него внесен другой, направленный действительно на защиту интересов детей, которые должны получать алименты после развода родителей. И этот, новый законопроект, опасности для семей уже с собой не нес. Это очень положительные пример работы всего общества в интересах семьи.

Увы, из обзоров заметно и то, что наши люди часто не слишком хорошо информированы о происходящем. Скажем, законопроект о введении ювенальных судов уже давно отклонен — и это можно, на мой взгляд, только привестствовать! — но не все еще об этом знают. Сегодня опасности ювенальных технологий, вмешательства в семью, контроля над семьями исходят уже от других, новых законопроектов.

Очень важно, чтобы люди понимали, что происходит в законотворческом процессе, как те или иные решения могут повлиять на их жизнь, на жизнь их семей. Наша организация, МОО «За права семьи», многое делает для того, чтобы люди своевременно получали качественную информацию на этот счет — и общественность могла согласованно действовать.

Мне кажется, пришло время для того, чтобы от одной «обороны семьи» переходить в «просемейное наступление», инициируя создание таких законов и норм, которые исправят существующие сегодня проблемы в праве. Ведь сегодня многие действующие нормы не отвечают принципу презумпции добросовестности семьи, разрушительны для семей и попросту корупциогенны, то есть порождают коррупцию. И от общих усилий зависи то, сумеем ли мы это изменить. Надо, чтобы все больше людей узнавало об этой задаче, и чтобы они действовали, не оставались равнодушными.

Поэтому я всех прошу — надо «подковываться» и слаженно действовать, чтобы защитить семью в России, да и во всем мире. Если сегодня мы позволим разрушать наши семьи, у нас просто не будет завтрашнего дня».

На указанном сайте действительно обнаружилась такая информация. Тот факт, что информация о нашей организации была приведена на странице «О проекте», создавал впечатление, что МОО «За права семьи» принимает участие в этом проекте или входит в означенную «Ассоциацию».

На той же странице была приведена информация и о других организациях, которые, как мы выяснили, не имеют никакого отношения к этому проекту (к их числу, в частности, относятся Московский городской родительский комитет,  Анапский родительский комитет и ряд других организаций). Более того, активно работающие организации, с которыми мы связывались, не обладали никакой информацией о данном проекте и связанных с ним инициативах.

Связавшись с авторами проекта, мы указали им на то, что опубликованная информация может ввести в заблуждение посетителей сайта, создавая у них впечатление, что наша организация и другие перечисленные организации поддерживают данный проект или входят в заявленную на сайте «Ассоциацию», в то время, как это не соответствует действительности.  Мы указали также, что такая ситуация представляется нам неэтичной. Каждое начинание должно самостоятельно зарабатывать уважение и репутацию у людей, не используя для этого самовольно чужой авторитет.

Мы просили авторов проекта оперативно исправить приведенную на сайте информацию, перенеся каталог организаций в отдельный раздел сайта и прямо указав в информации о каждой организации, входит она в заявленную на сайте «Ассоциацию» или не входит. Мы считаем, что наши пожелания были вполне оправданными и отвечали интересам всех посетителей сайта. Исполнение этих пожеланий авторами проекта было бы, как мы полагаем, естественным проявлением уважения как по отношению к нашей организации, так и в отношении их собственных посетителей. Несмотря на то, что наши обращения были получены авторами проекта, после чего прошло достаточное время, информация на сайте изменена не была.

В связи с этим, желая избежать возможной дезинформации отдельных посетителей указанного сайта, Межрегиональная общественная организация «За права семьи» вынуждена публично заявить, что не имеет отношения к сайту «Ассоциации родительских комитетов России», не входит в указанную «Ассоциацию» и не состоит с ней, в настоящий момент, в каких-либо партнерских отношениях. Деятельность сайта указанной «Ассоциации», любые связанные с ней проекты и начинания, если таковые существуют, не имеют никакого отношения к нашей организации и не поддерживаются ею. Мы не несем ответственности за информацию, размещенную на этом сайте, и за возможное использование сведений о нашей организации для привлечения к нему внимания посетителей.

Мы по-прежнему надеемся, что наши пожелания будут учтены, а представленная на сайте информация – откорректирована с учетом этих пожеланий. В таком случае, мы оставляем за собой право удалить эту публикацию с нашего сайта.

Сообщаем также всем интересующимся, что, хотя мы открыты к сотрудничеству и поддерживаем теплые партнерские отношения со многими организациями, МОО «За права семьи» в настоящий момент не входит в какие-либо ассоциации и иные объединения общественных организаций.

МОО «За права семьи»

«11 мая в Общественной палате России представители общественности, эксперты, специалисты – практики начали обсуждение темы «Просвещённое родительство» <…>

Мероприятие состоялось по инициативе Общественной программы «Детство» Благотворительного фонда поддержки молодёжных инициатив «Моё поколение» при поддержке Московского государственного гуманитарного университета им. М.А.Шолохова, Фонда «За выживание и развитие человечества», Некоммерческого партнёрства «Школьных сайтов», Национального фонда подготовки кадров, клуба Общественной палаты России.

В обсуждении приняли участие <…> представители общественных организаций «Рождение», «Прородительство», «За права семьи», «Семья. Любовь. Отечество», Московский городской Родительский комитет, «Мир во мне» и многие другие.

<…>.

Участники круглого стола пришли к выводу, что просвещенное родительство должно рассматриваться как система действий, направленных на обеспечение российских родителей знаниями и навыками по уходу за ребенком, его развитию и образованию, а также по поддержанию комфортной атмосферы взаимопонимания и взаимного доверия как в отношениях между родителями и детьми, так и внутри семьи в целом.

В заключение мероприятия участники рассмотрели проект итоговой резолюции, обсуждение которой решили продолжить в интерактивном режиме».

Источник

Межрегиональная общественная организация «За права семьи» вынуждена заявить, что представленная в публикации Общественной программы «Детство» информация, по мнению нашей организации, не соответствует действительности.

Мы официально заявляем, что, как и целый ряд иных общественных объединений и инициатив, как и значительное число российских родителей, МОО «За права семьи» не поддерживает концепцию «просвещенного родительства» (или компетентного родительства), и любые действия, направленные на продвижение этой концепции на государственном уровне. Многие идеи и подходы, стоящие, по нашему мнению, за этой концепцией, возможные последствия ее внедрения, делают ее, как мы считаем, опасной для семьи и для общества.

С нашей точки зрения, не существует общественного консенсуса в связи с предложенной на круглом столе концепцией т.н. «просвещенного родительства» (оно же – «компетентное родительство»), и мы не согласны с любыми попытками представлять эту концепцию в качестве единодушно одобряемой общественными объединениями и обществом в целом. Мы обращаем внимание на то, что целый ряд других общественных объединений, некоторые из которых участвовали в работе круглого стола, также выразил свое несогласие с его итоговым документом.

Мы будем противостоять любым попыткам исказить нашу позицию или представить нашу организацию поддерживающей идеи, инициативы или проекты, которые мы, в действительности, не поддерживаем.

Необходимые пояснения и факты

Представители МОО «За права семьи», действительно, принимали участие в работе указанного круглого стола, наряду с представителями некоторых других родительских организаций. Наше участие, как и в случае других мероприятий, на которых представители общественных организаций обсуждают проблемы, связанные с жизнью семьи, имело одну цель: выразить позицию, направленную на защиту прав и интересов семьи, в частности – права семьи на законную автономию ее внутренней жизни и права родителей свободно принимать решения, касающиеся воспитания детей.

Готовившийся круглый стол вызывал у нас серьезную обеспокоенность, в связи с тем, что в качестве его инициаторов выступали Общественная программа «Детство» и Благотворительный фонд поддержки молодёжных инициатив «Моё поколение», то есть авторы форсайт-проекта «Детство 2030». Между тем, этот проект вызвал резко отрицательную реакцию многочисленных представителей родительской общественности, ряда общественных объединений, включая и МОО «За права семьи». По мнению нашей организации, многие идеи авторов проекта «Детство 2030» могут рассматриваться как весьма опасные для российского общества и для российской семьи.

Одной из составляющих проекта «Детство 2030» являлась концепция т.н. «компетентного родительства». В «дорожной карте» Общественной программы «Детство» эта концепция, после заявления о том, что «большинство родителей совершенно некомпетентны в вопросах воспитания детей, что приводит к пагубным последствиям», описана следующим образом:

«Необходимо введение института компетентного родительства как системы специальной подготовки родителей и обеспечение многообразия форм воспитания детей, расширение сферы сервиса детства. Также необходимо внесение изменений в семейный кодекс, учитывающих различные формы совместного проживания людей».

Источник

Нетрудно понять, что термин «просвещенное родительство», исходящий из того же источника, — это еще одно, обновленное название для концепции «компетентного родительства».

При этом руководитель Общественной программы «Детство» и один из авторов форсайт-проекта «Детство 2030» в 2010 году А. Ф. Радченко в интервью «Парламентской газете» поясняла:

«– В своём проекте вы предлагаете сделать родительство профессией. Что это значит?

– Речь идёт прежде всего о компетентности. Чтобы испечь булку, требуется компетентность. А растить ребёнка как будто бы все умеют. <…>  На наш взгляд, родительские знания нужно давать на специальных площадках. Обучение родительству должно стать по меньшей мере доступным. Но в принципе, можно пойти дальше – оно должно стать обязательным. И при соответствующем реформировании органов опеки и социальных служб мы должны будем через какое-то время ставить вопрос об ограничении родителей в своих правах в случае, если они не прошли это обучение, либо не выполняют своих обязанностей перед ребёнком, чтобы не доводить ситуацию до крайней точки – до лишения родительских прав» (выделение наше).

Источник

Любой юрист знает, что ограничение родительских прав – это, фактически, временное и неполное лишение родительских прав, сопровождающееся изъятием ребенка из семьи. В соответствии со ст. 73 Семейного кодекса РФ ограничение родительских прав это «отобрание ребенка у родителей (одного из них) без лишения их родительских прав». Ограничение родительских прав используется в случае, если оставление ребенка с родителями для него опасно. Таким образом, автор общественной программы «Детство» предполагала сделать «обучение родительству» (по неизвестно кем и на каких основаниях составленным программам) обязательным, а родителей, не прошедших его в будущем предполагалось объявить опасными для детей. Концепция «компетентного/просвещенного родительства» дает возможность разделить родителей на «просвещенных/компетентных» и «непросвещенных/некомпетентных», а впоследствии, как следует из слов А. Ф. Радченко, это может привести к жесткой дискриминации «непросвещенных родителей».

Мы убеждены, что право принимать решения о рождении и воспитании детей должно принадлежать семье, автономной в своей внутренней жизни, и никто не вправе искусственно определять, какие семьи или родители достойны воспитывать детей, а какие – нет.

Наши опасения усилились после ознакомления с предварительным проектом резолюции круглого стола. В нем, например, выражалась озабоченность тем, что «сегодня одна из ключевых обязанностей семьи – воспитание подрастающего поколения — осуществляется по принципу свободного выбора родителей, не предполагает их особой подготовленности, и практически ничем не сопровождается». «Необходим институт Просвещённого родительства, система действий, направленных на подготовку будущих родителей в России» — указывалось в проекте. Упоминалось и о «новых формах семьи», среди которых присутствовала такая, как «мама, её подруга и ребёнок» — при этом рекомендовалось провести заседание Государственного Совета РФ для того, чтобы рассмотреть, в частности «изменение статуса семьи». «Семейное воспитание» в предварительном проекте рекомендаций предлагалось рассматривать «наравне с другими видами воспитания и образования – дошкольного и школьного и другого». В программу детских садов и школ предлагалось ввести обязательный курс по «Просвещенному родительству». Все это вызывало глубокую обеспокоенность и серьезные возражения со стороны МОО «За права семьи», поскольку противоречило последовательно отстаиваемым нами принципам. Мы опасались, что эти и иные идеи, которые мы оцениваем как опасные для института семьи, могут быть далее предложены представителям власти в качестве «получивших общественное одобрение».

Особую тревогу вызывало то, что нигде в предварительном проекте документа не говорилось о том, что любое обучение родителей может и должно быть лишь сугубо добровольным. В свете процитированного выше высказывания А. Ф. Радченко, эта тревога должна быть понятна любому вдумчивому читателю.

Мы приняли решение о необходимости принять участие в конструктивном общественном диалоге по поводу предложений, обсудить которые планировалось на круглом столе.

В связи с этим мы подготовили ко дню проведения круглого стола заявление, в котором настоятельно предлагали заменить предложенный предварительный проект резолюции другим текстом, отражающим права и интересы семьи. Текст нашего заявления был поддержан рядом иных общественных организаций (всего текст поддержало дестья общественных объединений).

Ознакомиться с текстом заявления общественных организаций

Во время круглого стола представителям общественных организаций был предложен обновленный проект резолюции. Из него исчезли некоторые сомнительные формулировки (например, про семью из «мамы и подруги мамы» — при этом предложение рассмотреть на Госсовете возможность «изменения статуса семьи в Семейном Кодексе» в тексте осталось). Вместе с тем, в нем появились и новые части, несущие, на наш взгляд, угрозу семьям. Так, в проекте рекомендаций предлагалось «признать необходимым формирования программы Просвещенного родительства на государственном уровне» и «обеспечить подготовку преподавательского состава для специализированных курсов по повышению родительской компетенции».

Текст проекта резолюции и рекомендаций, высказанные в нем идеи вызвали серьезные возражения со стороны ряда родительских и иных организаций, принявших участие в работе круглого стола. В результате этого диалога стало невозможно представить данный текст в качестве «общественного консенсуса».

Проект резолюции был затем доработан организаторами с учетом некоторых критических замечаний. В частности, из него исчезло предложение пересмотреть статус семьи, вызвавшее резкие возражения ряда общественников. Однако, и этот обновленный текст и содержащиеся в нем идеи по-прежнему не устраивали МОО «За права семьи» и многих иных участников круглого стола.

По завершении круглого стола представители МОО «За права семьи» и общественной организации «Рождение» продолжили общение с организаторами круглого стола, высказывая серьезные критические замечания в отношении многих положений проекта резолюции.

Благодаря этой работе из текста исчезли или были смягчены некоторые предложения, опора на которые могла потенциально привести к будущим проблемам для семей. Так, в тексте резолюции появилось указание на то, что любое обучение родителей может быть только добровольным и что «профессиональные сообщества педагогов, психологов, врачей могут выступать лишь в качестве советчиков и помощников, к которым семья может  добровольно обратиться за помощью», что любое обучение родителей призвано относиться «с уважением к праву родителей воспитывать детей в соответствии со своей религией и убеждениями».  В рекомендациях было указано, что государственная программа по обучению родителей может существовать лишь наряду с негосударственными программами, создаваемыми родительскими клубами и объединениями, и может использоваться «исключительно на добровольной основе и без какого-либо принуждения к участию в ней родителей». Было указано, что семейное воспитание это «особый вид воспитания, имеющий приоритет в деле воспитания детей и являющийся основой всех иных форм воспитания и образования».

Мы положительно оцениваем тот факт, что организаторы круглого стола сочли возможным учесть многие критические замечания и предложения нашей организации. Однако, несмотря на изменения, внесенные авторами в окончательный проект итогового документа, у МОО «За права семьи» оставались серьезные опасения по поводу этого текста. В частности, недостаточно четким терминам и формулировкам впоследствии могло быть придано то или иное опасное для семьи толкование, сохранялась опасность продвижения от имени государства концепции «просвещенного родительства» с содержанием, которое могло впоследствии оказаться направленным на разрушение семьи, ущемление прав родителей.

В связи с этим МОО «За права семьи» указала, что возможность появления названия нашей организации под этим «компромиссным» документом появится лишь при условии, что как нашей организации, так и другим организациям, поддержавшим поданное нами организаторам круглого стола протестное заявление, будет предоставлена возможность приложить к резолюции и рекомендациям круглого стола текст своего «особого мнения», поясняющий какое понимание смысла использованных в резолюции и рекомендациях терминов и выражений мы считаем допустимым, а какое – неприемлемым и, в частности, содержащее нашу оценку ряда идей, вошедших в материалы Общественной программы «Детство» и форсайт-проекта «Детство 2030». В своем особом мнении мы также планировали высказать критическое отношение к некоторым пунктам, сохранившимся в итоговом тексте резолюции и рекомендаций.

Только в этом случае МОО «За права семьи» соглашалась рассмотреть вопрос о сохранении своего названия под «компромиссным» текстом резолюции, причем лишь при условии, что такое же решение примут все остальные организации, поддержавшие наше первоначальное заявление.

Возможность включить в текст резолюции свое «особое мнение» нам, к сожалению, предоставлена не была, и организаторы круглого стола сообщили, что итоговый текст резолюции и рекомендаций, включивший ряд изменений, на которых мы настаивали, будет направлен в соответствующие органы власти без указания перечня поддержавших его организаций.

В этой ситуации, с учетом возможности широкого и опасного для семьи толкования некоторых положений резолюции и рекомендаций круглого стола, мы должны заявить, что этот текст не является выражением общественного консенсуса. Многие участники круглого стола не выражали никакой поддержки этому тексту. Несмотря на то, что некоторые критические замечания и предложения МОО «За права семьи» были учтены в итоговом тексте, в целом наша организация не поддерживает его и многие содержащиеся в нем идеи и предложения.

Следует отметить, что, несмотря на то, что МОО «За права семьи» допускала возможность поддержать «компромиссный» вариант текста резолюции (при условии включения в нее нашего «особого мнения», четко поясняющего нашу позицию), мы крайне отрицательно относимся к концепции «компетентного/просвещенного родительства» в том виде, в котором ее продвигает Общественная программа «Детство». Мы глубоко убеждены, что недопустимо разделение родителей на «просвещенных» и «непросвещенных», и что введение концепции «просвещенного родительства» в общественный дискурс ведет к опасности такого разделения и последующей дискриминации. В силу этого, мы считаем выражение «компетентное/просвещенное родительства» опасной номинализацией и выступаем против его использования.

МОО «За права семьи», конечно же, согласна с тем, что для родителей часто бывает полезно и необходимо получать дополнительные знания, связанные с развитием, обучением и воспитанием детей, заботой о них. Однако мы негативно относимся к созданию государственных программ, направленных на такое обучение родителей, поскольку государство не может быть признано «экспертом» в вопросах о том, как следует воспитывать детей и, в целом, не должно вмешиваться в область семейной жизни, связанную с воспитанием. Мы убеждены, что родительские знания и родительская культура должны возрождаться и передаваться в самих семьях, а также внутри разнообразных добровольных родительских сообществ, связанных общими ценностными ориентирами (например, созданными на базе приходских или иных религиозных общин, родительских клубов). Мы считаем крайне опасной любую попытку стандартизировать обучение родителей, а тем более – сделать его либо обязательным, либо прямо или косвенно навязываемым. Эти опасности, на наш взгляд, неизбежно связаны с созданием каких-либо государственных программ обучения родителей.

Мы признаем, что различные программы получения родителями необходимых знаний могут свободно создаваться специалистами, общественными объединениями, и, прежде всего, родительскими сообществами, при условии, что эти программы являются не более, чем предложением, которым семья может свободно воспользоваться или не воспользоваться. В этой сфере, как и во многих иных сферах, должна сохраняться свобода семьи принимать любые решения, которые она сочтет для себя правильными. Мы считаем, в частности, что получение таких знаний является сугубо частным делом, и прохождение родителями какого-либо обучения не может и не должно никоим образом влиять ни на какие государственные решения, связанные с конкретной семьей.

Мы убеждены, что необходимо учитывать, что любое масштабное обучение родителей, осуществляемое не по инициативе добровольных родительских сообществ или самих родителей, может стать опасным инструментом индоктринации людей. Методы подобной индоктринации, которая нередко становится разрушительной для общества, хорошо известны специалистам, в частности, на примере программ «сексуального просвещения» несовершеннолетних. Обучение «правильному родительству», особенно если оно осуществляется в отношении школьников или молодых родителей, может использоваться для того, чтобы привить им те или иные сомнительные ценности или взгляды, не отвечающие подлинному благу семьи. Эта опасность сегодня достаточно актуальна, поскольку программы обучения в различных областях нередко формируют «эксперты», придерживающиеся разрушительных для института семьи взглядов, не поддерживаемых большей частью общества[1].

С учетом этого, с нашей точки зрения, любые государственные программы по обучению родителей могут, при определенных условиях, превращаться в опасный инструмент лишения семьи ее законной автономии или ее ограничения, разрушения культурной идентичности конкретных семей. Велика и опасность косвенного (непрямого) принуждения семей к участию в государственных учебных программах для родителей. Мы, разумеется, признаем за государственными властями право поддерживать те или иные программы и начинания, которые руководители государства считают полезными для общества (при условии, что они не разрушительны). Однако, мы убеждены, что, в нынешних условиях, придание каким-либо программам обучения родителей статуса «государственных» было бы небезопасным для семьи и неудачным с точки зрения государственной политики решением.

Мы отчетливо понимаем, что сегодня и на международной арене, и в России существуют определенные силы, продвигающие идеи все более серьезного ограничения прав и автономии семьи, усиления контроля за ее внутренней жизнью под благовидными предлогами (в частности, под предлогом заботы о детях и их защиты). Факт продвижения таких идей очевиден для всякого серьезного современного наблюдателя и исследователя. Эти идеи мы считаем опасными для общества, а любые инициативы, которые потенциально могут стать «трамплином» для дальнейшего проведения их в жизнь – недопустимыми в нынешних условиях и угрожающими для общества в современной ситуации.

При этом мы полагаем, что невозможен какой-либо компромисс между позицией МОО «За права семьи» и позиций тех немногочисленных деятелей, которые сегодня продвигают внедрение в обществе технологий «защиты прав ребенка» и «действий в интересах детей», не принимающих во внимание особое положение семьи и ее право на широкую автономию внутренней жизни и защиту от внешних вмешательств. Это касается и сторонников любого обучения родительству с каким-либо намеком на обязательность.

Движение в сторону системы, в которой государство становится своего рода «Большим Братом», контролирующим жизнь каждой семьи и указывающим, как ее строить, с нашей точки зрения, является для любого общества формой коллективного исторического самоубийства. Мы считаем, что концепция «просвещенного родительства» в виде, разработанном и предлагаемом общественной программой «Детство», может стать еще одним шагом по этому разрушительному для общества и семьи пути. Эта опасность существует независимо от намерений конкретных людей, поддерживающих эту концепцию, многие из которых могут действовать из вполне благих побуждений.

Таким образом, сделанное в публикации на сайте Общественной программы «Детство» утверждение о том, что участники круглого стола 11 мая 2011 года в Общественной Палате РФ «пришли к выводу, что просвещенное родительство должно рассматриваться как система действий, направленных на обеспечение российских родителей знаниями и навыками по уходу за ребенком, его развитию и образованию, а также по поддержанию комфортной атмосферы взаимопонимания и взаимного доверия как в отношениях между родителями и детьми, так и внутри семьи в целом», мы считаем не соответствующим действительности.  По вопросу о т.н. «просвещенном родительстве» на сегодняшний день отсутствует какой-либо общественный консенсус.

Мы официально заявляем, что, как и целый ряд иных общественных объединений и инициатив, как и значительное число российских родителей, МОО «За права семьи» не поддерживает концепцию «просвещенного родительства» (или компетентного родительства), и любые действия, направленные на продвижение этой концепции на государственном уровне. Многие идеи и подходы, стоящие, по нашему мнению, за этой концепцией, возможные последствия ее внедрения, делают ее, как мы считаем, опасной для семьи и для общества.

МОО «За права семьи» последовательно отстаивает право семьи на автономию внутренней жизни, защиту от неправомерного вмешательства в эту внутреннюю жизнь или насильственного давления на семью извне. Сохранение и полноценная реализация этого права семьи – условие достижения благополучия и стабильности общества. Наше участие в любых мероприятиях, общественных обсуждениях и в любых формах диалога с какими-либо сторонами неизменно направлено на защиту как этого, так и иных прав семьи. Мы открыты к честному диалогу на эту тему со всеми заинтересованными лицами и намерены и впредь участвовать в таком диалоге с тем, чтобы интересы семьи глубже понимались в обществе, права семьи в большей мере защищались, а любые потенциальные опасности для семьи, по возможности, устранялись или, хотя бы, уменьшались. Мы будем жестко противостоять любым попыткам исказить нашу позицию или представить нашу организацию поддерживающей идеи, инициативы или проекты, которые мы, в действительности, не поддерживаем.

[1] См., например, интересный анализ в: http://www.demographia.ru/articles_N/index.html?idR=23&idArt=1858

Однако, у этой идеи есть серьезный противник. Ей противостоит объединенное родительское движение Америки. И родители США, объединяя свои усилия, по-видимому, успешно добиваются стоящей перед ними цели – не допустить ратификацию Конвенции.

На протяжении долгого времени американская организация Parental Rights («Родительские права») руководила усилиями родителей, старающихся не допустить принятия Сенатом резолюции о ратификации Конвенции. Для того, чтобы Конвенция была ратифицирована, необходимо согласие двух третей американских сенаторов. Чтобы этого не произошло, 34 сенатора должно будет проголосовать против ее ратификации. Еще в начале этого года, благодаря организованным усилиям родителей, 33 сенатора выразили готовность проголосовать против ратификации Конвенции. 29 марта Parental Rights объявила на своем сайте, что число противников Конвенции пополнилось, и достигло необходимо рубежа в 34 голоса. А на настоящий момент 37 американских сенаторов, услышав голоса родителей, собираются голосовать против ратификации Конвенции о правах ребенка.

Если сенаторы будут следовать своему слову, которое они дали американским родителям, Конвенция о правах ребенка не будет ратифицирована США.

Комментарий Председателя МОО «За права семьи» Павла Парфентьева

Неодобрительное отношение к Конвенции о правах ребенка (кстати, Россия ратифицировала ее в  1990 г., еще в эпоху СССР) у многих вызывает недоумение. Разве плохо заботиться о правах ребенка?

Конечно же, в заботе о правах ребенка нет ничего плохого. Вопрос в том, как их понимать, и как осуществлять эту заботу. Критика в адрес Конвенции ООН о правах ребенка связана именно с тем, что, как считают критики (и я разделяю эту позицию), ее положения исходят из неверного понимания прав ребенка и из ошибочной концепции права в целом.

Основная проблема Конвенции – в статье 3, которая, фактически, узаконивает право государства в любой момент заменить любое решение родителей ребенка своим собственным, если представители государства сочтут, что «так лучше для ребенка». По существу, эта норма ставит все решения родителей под контроль государства. Принцип приоритета «обеспечения наилучших интересов ребенка», заложенный в Конвенции, на практике означает, что над родителями стоит иная власть, которая и присваивает себе право определять, что в интересах ребенка, а что нет. Эта норма, на практике, ведет к постепенному уничтожению института семьи.

Чтобы было понятно, что это не мои домыслы, приведу слова Джеральдины Ван Бюрен, крупного эксперта в области международного права из Великобритании и одного из авторов текста проекта Конвенции о правах ребенка: «Понятие “наилучших интересов ребенка” предоставляет тем, кто принимает решения и определяет политику, власть заменить решения любого из родителей ребенка своими собственными, при условии, что они основаны на соображениях, связанных с наилучшими интересами ребенка. Таким образом, Конвенция бросает вызов представлениям, согласно которым семейная жизнь всегда отвечает наилучшим интересам детей, а родители всегда способны  решить, что  лучше для их детей»[1].

Таким образом, речь идет о том, что естественные права родителей отбираются у них и присваиваются себе государственной властью, которая потом позволяет родителям дозировано пользоваться ими под своим контролем и руководством. Этот принцип стал, на мой взгляд, настоящей антисемейной революцией в праве.

Если мы адекватно понимаем природу права, нам будет вполне очевидно, что естественные права родителей берут начало вовсе не от государственной власти. Природа этих прав такова, что государство может вмешиваться в их осуществление лишь в отдельных, исключительных случаях, и круг их крайне узок. Вмешиваясь в осуществление родительских прав вне этих рамок, любая государственная власть, увы, захватывает не принадлежащее ей. Но именно это положение вещей, по моему мнению, далекое от нормальной правовой ситуации, и узаконено Конвенцией о правах ребенка.

Речь идет, фактически, о тоталитарной власти государства над семьей, осуществляемой под предлогом защиты детей. О всевластии государственных органов в сфере, где приоритет должен всегда принадлежать семье и родителям ребенка.

Печальные результаты использования этой нормы, увы, можно наблюдать в жизни многих государств, включая и Россию. Под предлогом защиты прав ребенка семьи разрушаются, дети отнимаются у родителей – причем вовсе не только в тех исключительных единичных случаях, когда это могло бы быть оправданным. Как на уровне информационных кампаний, так и на уровне нормативных актов проводится идея о том, что каждый родитель может быть преступником, что, по сути, он – потенциальный преступник, подлежащий внимательному контролю и надзору. И все это происходит под флагом «защиты прав ребенка».

По моему глубокому убеждению, эта ситуация прямо противоположна реальным интересам детей и настоящей защите их прав. Настоящая защита прав ребенка возможна лишь в семье и через семью. Поэтому можно сказать, что вполне права американская организация Parental Rights, взявшая себе в качестве девиза слова: «Защищать детей, поддерживая права родителей».

Все остальные проблемы Конвенции ООН о правах ребенка, в общем-то, являются следствием уже упомянутой, пагубной и глубоко ошибочной, правовой концепции. Ее следствия уничтожают, увы, даже вполне здравые нормы, вошедшие в Конвенцию. Какой смысл говорить, что нужно, чтобы «ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию» кроме случаев, когда «такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка» (ст. 9 ч. 1)? Ведь на практике соответствующие органы или представители власти в любой момент может истолковать «наилучшие интересы ребенка» на свой лад, и их мнение будет значимее мнения семьи, да и самого ребенка.

Есть ли смысл говорить о праве родителей руководить ребенком в осуществлении его прав, если любое решение родителей всегда может быть  пересмотрено государственными органами или судом?

Есть в Конвенции и целый ряд других моментов, разрушительных для института семьи и сильно затрудняющих, а точнее – делающих невозможным нормальное семейное воспитание. Между тем, право на воспитание со стороны своих родителей – также должно, по моему мнению, считаться одним из фундаментальных прав ребенка.

Под предлогом защиты прав ребенка, действующий в рамках Конвенции Комитет ООН по правам ребенка, фактически, нарушает границы национального суверенитета, диктуя государствам, сколько средств они должны тратить на «защиту детства», причем именно такую, какую Комитет считает правильной. Комитет заходит еще дальше, порицая государства за то, что они не вводят принудительное сексуальное просвещение детей и дают родителям право на отказ от него – именно за это в 2006 году Комитет по правам ребенка вполне официально критиковал Ирландию[2].

Сегодня, анализируя многочисленные негативные последствия того понимания «прав ребенка», которое было заложено в Конвенцию ООН о правах ребенка, можно с уверенностью сказать: эта Конвенция оказалась крайне дурным правовым инструментом. Хотя в тексте Конвенции есть и вполне здравые идеи, в целом она оказалась скорее инструментом разрушения семьи и детства, чем их защиты. В этом свете понятны и вызывают симпатию усилия американских родителей, старающихся не допустить ратификацию Конвенции в своей стране. Вероятно, и России стоит задуматься о необходимости отказа от этой Конвенции и разработки иных правовых инструментов защиты детства, более адекватных и уважительных по отношению к институту семьи и его естественному устройству. Я уверен, что создание таких инструментов возможно, и работоспособными они будут лишь в том случае, если будут признавать, что центральное место в жизни ребенка играет семья, и ее права не должны присваиваться никем, включая и государство.

P.S. МОО «За права семьи» в ближайшее время направит письмо организации Parental Rights, с тем, чтобы выразить поддержку усилий этой организации, направленных на объединение родителей в борьбе за права семьи и подлинные права детей.

[1] International Rights of the Child, Section D, University of London, 46 (2006)

[2] «Отмечая, что социальное и личное  образование, образование по вопросам здоровья включено в программу средней школы, Комитет, однако, обеспокоен тем фактом, что подростки не имеют достаточного доступа к необходимой информации о репродуктивном здоровье. Образование в этих вопросах не является обязательным, и родители могут отказываться от него в отношении своих детей» (Paragraph 52, Concluding Observations of the Committee on the Rights of the Child: Ireland, Committee on the Rights of the Child, 43rd sess., U.N. Doc. CRC/C/IRL/CO/2 (2006)

Вот как выглядят «согласие», которое предлагают родителям подписать в школах Москвы (pdf)

Правовой комментарий МОО «За права семьи»

В отношении самой формы согласия, предлагаемого к подписанию школами, отметим следующее:

1)      Согласие юридически безграмотно. Речь о «подопечном» может идти только в отношении опекунов или попечителей. В случае, когда речь идет о родителях или усыновителях этот термин употребляться не может.

2)      Согласие, фактически, дает школе право собирать все и любые сведения о ребенке и его семье, без каких-либо ограничений. После подписания такого согласия право на неприкосновенность Вашей частной и семейной жизни в отношениях со школой существовать, фактически, перестает.

3)      Согласие дает школе право сообщать собранную информацию кому угодно, любым третьим лицам, без ограничений. В случаях, когда передача информации предусмотрена федеральным законом, школа может делать это и без Вашего согласия. Совершенно непонятно, зачем школе нужно право неограниченно распространять любую информацию о Вашем ребенке.

4)      Особо следует отметить право на трансграничную передачу персональных данных, т.е. на передачу их за границу.

5) Очень странно выглядит в этом согласии обещание школы обрабатывать персональные данные в соответствии с законом, с учетом того, что подписываете документ Вы, а не школа, при этом Вы даете им школе неограниченные права на обработку данных Вашего ребенка. Разумеется, это обещание не будет иметь никакой юридической силы (впрочем, школа и без него обязана соблюдать закон).

Мы не утверждаем, что составители этого документа имели сознательные дурные намерения. Однако, подписание такого документа дает неограниченные права школе и ставит под угрозу неприкосновенность Вашей частной жизни и частной жизни Вашего ребенка.

Подписание согласия на обработку персональных данных – Ваше право, а не обязанность. Те органы и учреждения, которые вправе без вашего согласия обрабатывать Ваши персональные данные, не будут просить у Вас подписать согласие на их обработку. Помните, что обязанность предоставить Ваши персональные данные может быть установлена только федеральным законом. Во всех случаях, когда Вы обязаны предоставить свои персональные данные (или персональные данные Вашего ребенка), организация, которая их получает, обязана официально сообщить Вам, какой федеральный закон установил такую обязанность и какие юридические последствия будет иметь отказ предоставить данные (ст. 18 п. 2 Федерального закона «О персональных данных»). Если у Вас требуют Ваши данные или данные Вашего ребенка, смело требуйте указать, каким законом установлена Ваша обязанность их предоставить.

Мы настоятельно не рекомендуем подписывать согласие в приведенной выше форме, потому что столь широкими правами будет слишком легко злоупотребить. С учетом того, что в последнее время появляется все больше региональных нормативных актов, навязывающих учителям функции контролеров и доносителей в отношении семей, подписание такого документа отнюдь не выглядит безобидно.

Особую озабоченность вызывает согласие на обработку персональных данных ребенка автоматизированным способом. Это, в сочетании с правом на распространение и передачу персональных данных третьим лицам, дает школе право, в частности, выкладывать персональные данные Вашего ребенка в интернет, помещать их в различные, не находящиеся под контролем школы, базы данных. К примеру, существует проект «Электронный дневник», к которому, в настоящее время, подключено более 8000 школ со всей России. Хотя авторы проекта утверждают, что данные в нем защищены – к сожалению, в таких случаях всегда возможна утечка информации, в результате которой данные об успеваемости, учебных работах, оценках ученика могут стать доступны кому угодно, что нежелательно.

При этом понятно, что школа нуждается в возможности работать с некоторыми персональными данными учениками. Поэтому согласие на обработку персональных данных мы подписать все-таки советуем, однако это должен быть совершенно другой текст.

Вы должны предоставить школе право обрабатывать только узкий круг конкретных, действительно необходимых ей видов персональных данных. Не давайте школе права обрабатывать их автоматизированным способом. Не давайте права передавать эти данные каким-либо третьим лицам, органам или организациям. Пусть каждый раз, когда такая передача будет необходима, школа обращается к Вам, информируя Вас о цели этой передаче и о том, какие именно данные необходимо передать, и получает Ваше отдельное письменное согласие.

Мы рекомендуем Вам, вместо подписания предложенного Вам «согласия» подписать и передать школе другой документ, отражающий наши рекомендации. Вы можете скачать и заполнить его самостоятельно:

Образец согласия на обработку персональных данных школой, не создающий опасности нарушения прав Вашей семьи (MS Word)

В случае, если Вы уже заполнили и подписали «опасное» согласие на обработку персональных данных, помните, что Вы имеете право отозвать это согласие (ст. 9 п. 1 Федерального закона «О персональных данных»). При отзыве Вашего согласия школа обязана в течение трех дней уничтожить собранные персональные данные (ст. 21 п. 5 Федерального закона «О персональных данных»).

Однако, прежде, чем отзывать данное Вами согласие, Вам следует выяснить, какие данные были собраны и кому они передавались. Ваше право на это предусмотрено ст. 14 Федерального закона «О персональных данных». Для этого нужно подать правильный запрос, по которому школа должна сообщить Вам эти данные в течение десяти рабочих дней (ст. 20 п. 1 Федерального закона «О персональных данных»).

Скачайте, заполните и подайте запрос на получение информации о персональных данных:

Образец запроса на получение информации о персональных данных в школу (MS Word)

Получив нужную информацию, подайте в школу отзыв согласия на обработку персональных данных:

Образец отзыва согласия на обработку персональных данных ребенка школой (MS Word)

Помните, что школа обязана уничтожить персональные данные Вашего ребенка в течение трех дней. Чтобы школе не пришлось снова собирать необходимую ей часть персональных данных, сразу же предоставьте ей «правильное» согласие на обработку персональных данных. В этом случае, школа будет обязана уничтожить только те персональные данные, обработка которых не предусмотрена Вашим новым согласием.

Будьте внимательны. Имейте в виду, что защищать права Вашего ребенка, в том числе и его право на неприкосновенность частной жизни – это не только Ваше право, но и Ваша обязанность (ст. 64 п. 1 Семейного кодекса РФ).

Также, по словам Лукашевич, часто граждане неправильно трактовали возможность формы семейного образования.

«Помимо того что Семейный кодекс непосредственно закрепляет возможность получения семейного образования, в законопроекте также несколько статей посвящено этому вопросу. Однако министерство получает огромное количество писем, также пишут и президенту, и премьеру, о том что законопроект ущемляет семейное образование. Это очень удивляет. Мы даже вывесили разъяснения на сайте, но поток писем не уменьшился. Складывается ощущение, что люди не читают законопроект, не видят в нем соответствующие нормы», — добавила она.

Источник

До этого подобное же заявление делал замминистра образования, статс-секретарь Иван Лобанов, только оно касалось дошкольного образования.

Между тем, оба эти заявления не соответствуют действительности, в чем можно легко убедиться, внимательно изучив майскую редакцию законопроекта, в которой семейное образование не упоминалось вовсе, а дошкольное образование было сделано обязанностью родителей в ст. 48 п. 1. Представители общественности, в том числе МОО «За права семьи», были вполне корректны в своем анализе законопроекта. Возможно, не все успели узнать, что в декабрьской редакции законопроекта семейное образование вновь появилось, а обязанность родителей давать дошкольное образование — исчезла. Однако, «огромное количество писем» имело под собой вполне веские основания, и было порождено как раз тем, что люди, читая законопроект увидели в нем то, что в нем было (и не увидели того, чего не было).

Кстати говоря, если слова Марины Лукашевич верно переданы Газетой.RU, то они вызывают некоторое недоумение еще и потому, что семейный кодекс вовсе не «непосредственно закрепляет» существование семейной формы образования. Ст. 63 Семейного Кодекса говорит лишь о праве родителей выбирать форму образования для своих детей — а сам перечень существующих форм в Семейном Кодексе отсутствует и закрепляется именно в законодательстве об образовании.

Хочется надеяться, что эти слова высокопоставленных чиновников — простая неточность, вызванная невнимательностью, а не попытка дискредитировать общественную реакцию на недостатки первоначальной редакции законопроекта. Со своей стороны Межрегиональная общественная организация «За права семьи» хочет заверить своих участников и соратников в том, что была вполне внимательна в своем анализе законопроекта — и постарается быть внимательной в столь важных вопросах и далее.  Мы просим и представителей Министерства быть внимательнее — ведь говорить перед такой большой аудиторией, на всю Россию — очень ответственное дело, а от случайной неточности может пострадать чья-то репутация.

По степени общественной поддержки, безусловно, лидируют поправки к законопроекту, предложенные Межрегиональной общественной организацией «За права семьи» в защиту права на семейное образование, право семьи контролировать религиозное и сексуальное просвещение детей, прав детей с ограниченными возможностями здоровья и особыми образовательными потребностями. На общем фоне общественного участия в обсуждении законопроекта, поддержка предложенных нами поправок очень значительна. Занимая место во главе списка поправок по рейтингу, каждая из них получила в среднем в три раза больше «плюсов», чем остальные поправки из числа наиболее популярных.

Мы хотим поблагодарить всех, кто выразил свою поддержку предложенным нами поправкам к законопроекту.

Напоминаем, что и во время первого общественного обсуждения законопроекта, проводившегося в менее широком кругу участников при партнерской поддержке Министерства образования, замечания, касающиеся прав семьи и права на семейное образование и на семейное дошкольное воспитание, получили наибольшую поддержку участников обсуждения.

Остается надеяться, что голос общественности будет действительно услышан и учтен. Теперь, когда эти замечания получили столь очевидную общественную поддержку, не учесть их – означало бы во всеуслышание заявить, что общественное обсуждение законопроектов, проводимое по поручению Президента РФ – простая формальность, а выражаемый в его ходе голос общественности не имеет никакого реального значения. Мы верим и надеемся, что этого не случится.

В пресс-релизе, опубликованном на сайте Министерства образования и науки РФ по итогам обсуждения, поправки, предложенные нами в интересах российских семей, уже нашли свое отражение. Правда,  при этом авторы пресс-релиза скромно разместили упоминание о них в конце своего текста – но все же упомянув о наибольшем внимании общественности к ним:

Наибольшую поддержку среди пользователей получили предложения подчеркнуть приоритетную роль семьи в воспитании и образовании ребёнка (более 1400 пользователей поддержали данное предложение), предоставить родителям право «выбирать форму обучения, организации, осуществляющие образовательную деятельность; обеспечивать образование и обучение, детей, соответствующее своим религиозным и философским убеждениям» (также более 1400 «плюсов»).

К сожалению, в пресс-релизе Министерства не упомянуто, что столь же значительную поддержку получило и наше предложение об обязательности только итоговых аттестаций (и добровольности промежуточных) для детей, получающих образование в семейной форме.

К слову, теме семейного образования недавно было уделено внимание и в выступлении члена партии «Единая Россия», заместителя председателя Комитета Госдумы по образованию, Ирины Константиновны Родниной, которая заметила:

Мне бы хотелось сделать акцент на двух аспектах образования — это семейное образование и дополнительное образование. Это те две сферы, которые менее всего регламентируются новым законом.

В новом законе появилось понятие »семейное воспитание«, но при этом оно не определенно, не прописаны механизмы контроля за этим процессом. Раньше семейное воспитание было в первую очередь дошкольным, но сейчас в развитых странах появилось понятие семейного образования детей школьного возраста. В нашем новом законе оно никак не регламентируется. Над этим нужно поработать.

Это выступление несколько удивило нас, поскольку семейное образование детей школьного возраста – вовсе не нововведение законопроекта «Об образовании в РФ». Семейное образование успешно существует в нашей стране с 1992 года. О нем было забыли в новом законопроекте, но, благодаря усилиям общественности, эта форма получения образования вернулась в него. Кстати, в ходе прошлогоднего первого этапа обсуждения законопроекта, говорили о необходимости сохранить семейное образование и представители «Единой России». При этом семейное образование устойчиво дает хорошие результаты во всех сферах: и в академической, и в социальной.

МОО «За права семьи» направила обращение к Ирине Константиновне Родниной, посвященное проблемам законодательного регулирования семейного образования. В обращении мы указываем на то, что обширная зарубежная практика, проводившиеся в других странах серьезные исследования показывают: результаты семейного образования не зависят от степени государственного контроля и усиление такого контроля не ведет к их улучшению. С учетом этого, отмечаем мы, проблема законопроекта не в недостаточности регламентации семейного образования, а напротив – в некоторой избыточности его регулирования:

Так, если в действующем законе дети на семейном образовании были обязаны сдавать лишь итоговые аттестации, а промежуточные были не обязанностью, а правом таких учащихся (ст. 50 Закона РФ «Об образовании»), то новый законопроект устанавливает обязательность промежуточной аттестации.

С нашей точки зрения это создает серьезные проблемы. Дело в том, что семейное образование – особая форма получения образования. Подходы, методики в этой форме весьма гибки и индивидуальны, существует огромное их многообразие. Каждая семья выбирает те подходы и методы, которые оптимальны именно для их ребенка. К сожалению, школьные педагоги, как правило, незнакомы со спецификой семейного образования. Привыкнув к жесткой регламентации школьного учебного плана, они нередко оказываются далеки от понимания индивидуальной образовательной траектории конкретного ребенка. В результате промежуточные аттестации в школе, которые должны быть, по своему смыслу, всего лишь контрольными вехами, превращаются в настоящую проблему для многих семей. Увы, в ситуации обязательной промежуточной аттестации ученик вынужден, вместо реализации индивидуальной образовательной траектории, тратить основное время на подготовку к аттестациям по графику, как правило, навязываемому семье конкретной школой, не учитывающей специфику семейного образования. Как показывает опыт, это не приносит позитивных результатов, не увеличивает ответственность ученика, а наоборот – убивает в нем желание учиться и радость познания.

Школа чаще всего ожидает, что учащиеся на семейном образовании будут аттестовываться в те же сроки и по тем же предметам, что и другие учащиеся, – хотя индивидуальная образовательная траектория при семейном образовании может предполагать иное распределение материалов и предметов соответствующей программы общего образования по годам. Нередко школа настаивает на аттестации по конкретным учебникам, используемым школой – хотя при семейном образовании обязательным является реализация содержания федерального государственного стандарта, а конкретные учебные материалы могут выбираться семьей и педагогами в очень широких пределах.

Как показывает опыт других стран, избыточная регламентация и добавочный контроль в отношении семейного образования наносит серьезный ущерб этой особой форме получения образование с ее педагогической спецификой. Главные характерные черты семейного образования – индивидуальность, личностность, творческий подход, свобода в обучении – плохо сочетаются с постоянным внешним контролем со стороны образовательных структур.

С нашей точки зрения, эта проблема должна быть решена за счет сохранения обязательности только государственных (итоговых) аттестаций. Промежуточные аттестации должны быть правом, а не обязанностью учащихся, как это предусмотрено действующим законом.

При этом большинство семей, выбирающих семейное образование, с радостью пользуются таким правом при условии, что школа понимает специфику семейного образования, действительно учитывает особенности этой формы получения образования. С нашей точки зрения, надо более тщательно учесть специфику семейного образования в этом отношении не в самом законопроекте, а в подзаконных актах, посвященных экстернату как форме аттестации детей, обучающихся вне образовательных учреждений. Разрабатывая эти подзаконные акты, необходимо учесть те проблемы, с которыми столкнулись за многие последние годы практики семейного образования. Наша общественная организация, в которую входят опытные практики семейного образования, консультанты в этой области, охотно примет участие в работе над этими подзаконными актами, если соответствующие инстанции проявят заинтересованность в таком содействии.

Не следует опасаться, что дети, получающие образование в семье, не достигнут необходимых результатов без принудительного контроля со стороны. Зарубежный опыт (представленный в приложении), доказательно показывает, что это не так. Родители, выбравшие семейное образование для своих детей, не менее, чем другие, заинтересованы в качестве их обучения, в том, чтобы они сдали государственные аттестации, получили возможность продолжать образование в ВУЗах.

Опыт семейного образования рождается не в стенах учебных учреждений, министерств и ведомств – а в семейной среде. Поэтому именно родительские сообщества должны передавать этот опыт, помогать семьям, для которых семейное образование является новым опытом. Этот процесс уже начался в России и успешно осуществляется. Мы считаем, что именно помогая таким родительским инициативам, поддерживая их, а не дополнительно регламентируя семейное образование «сверху» можно создать условия для плодотворности и эффективности этой перспективной формы получения образования.

Мы надеемся, что законодатели учтут обобщенный нами серьезный и долговременный опыт практики семейного образования, как в России, так и за рубежом, а также другие важные потребности российских семей и детей.