Москва. 25 января. ИНТЕРФАКС — Глава синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин попросил главу МИД России Сергея Лаврова вмешаться в ситуацию с проживающей в Швеции Натальей Петровой, которую лишили детей.

Как сообщается в письме отца Всеволода С.Лаврову, 12-летние дочери-близнецы Н.Петровой Мария и Нелли 16 декабря 2010 года были отняты у нее социальной службой Швеции «без предварительных уведомлений». Соответствующие обращения она направила на имя патриарха Кирилла и отца Всеволода.

«До настоящего времени Н.Петрова не имеет информации о судьбе своих детей, месте их нахождения и состоянии их здоровья», — говорится в письме священника, текст которого поступил во вторник в «Интерфакс-Религия».

По его словам, из письма Н.Петровой следует, что, «несмотря на постоянный контакт с российским консульством в Швеции, она не была проинформирована о встрече представителя консульства с ее дочерьми 7 января с.г., получив соответствующую информацию от журналистов».

«Разделяя обеспокоенность судьбой детей Н.Петровой, просил бы МИД России оказать содействие матери в защите ее прав, в получении ею максимально полной информации о дочерях, в полном, законном и справедливом разрешении поставленных ею перед властями Швеции проблем», — сказано в письме представителя Русской церкви.

Священник также направил письмо самой Н.Петровой, выразив убеждение, что «сложившаяся ситуация требует справедливого разрешения», при котором не может игнорироваться «законное право» Н.Петровой на воспитание детей «в духе того мировоззрения и той культуры», которые она для себя и для них избрала.

Отец Всеволод сообщил женщине, что направил письмо С.Лаврову с просьбой оказать содействие в защите ее прав, и призвал Н.Петрову «не унывать».

Источник

Предлагаем вашему вниманию сокращенную аудиозапись нашей беседы (продолжительность 17 минут).

Сегодня мы направили обращения в Министерство иностранных дел РФ и в Посольство России в Королевстве Швеция, прося обратить внимание на трагическую ситуацию семьи Натальи Петровой и оказать ей всю возможную помощь.

По словам Натальи Петровой, с которой разговаривал сегодня представитель нашей организации, девочек увезли 16 декабря, внезапно, прямо с урока музыки в школе «Маэстро», где они учились.  Наталью не только не предупредили о возможности отобрания детей, но и не оповестили, когда это произошло. На протяжении семи дней социальные службы держат детей в неизвестном месте, скрывая от матери информацию об их местонахождении и состоянии. Все это время матери не сообщали причин, по которым были столь внезапно забраны дети, не были представлены конкретные основания для их изъятия. Отнятие детей, судя по всему, подготавливалось долгое время за спиной у матери и без ее ведома. Необходимо отметить, что это противоречит требованиям международного права, согласно которым родители должны иметь возможность принимать участие во всех этапах принятия подобных решений, затрагивающих их семью, выражать свою позицию и защищать свои интересы.

По словам родственников, семья Натальи была вполне счастлива, мама и девочки любят друг друга. Девочки занимаются музыкой, танцами, рисованием, даже пишут книги. Только спустя семь дней удалось получить у социальных служб материалы по делу, содержащие странные, не соответствующие действительности утверждения о жизни семьи.

Наталья обращалась за помощью в посольство России в Королевстве Швеция, однако представители посольства, по ее словам, пока не оказали ей никакого содействия в восстановлении ее нарушенных прав и прав ее детей. Ситуация осложнена в том, что Наталья не владеет в достаточной мере шведским языком, ей трудно самостоятельно общаться со шведскими службами и представителями власти.

Приводим запись нашего разговора с Натальей Петровой (с некоторыми сокращениями, длится 17 минут).

К сожалению, второй раз связаться сегодня с Натальей нам не удалось по техническим причинам, но мы надеемся, что возможность получить от нее дополнительную информацию скоро появится снова.

Дополнительная информация находится также по следующим ссылкам:

http://itachka.livejournal.com/4944.html

http://itachka.livejournal.com/5373.html

Наталья просит помощи у всех, кто может ей чем-то помочь. Все, кто может и способен оказать ей конкретную помощь, могут связаться с ней через пользователя ЖЖ itachka

Справка: Когда мы обращались в шведское Министерство по делам детей и престарелых, представитель Министерства информировал нас о том, что, в соответствии со шведским законодательством:

Вся информация по подобному делу должна быть доступна родителю, за исключением отдельных случаев, когда социальные службы могут решить скрыть ее в интересах детей. Такие решения соцслужб могут обжаловаться в суд.

В каждой такой ситуации должны назначаться бесплатные адвокаты — отдельно для детей и родителей.

Родители вправе обжаловать решения социальных служб в суд, в Национальный комитет по здоровью и социальной работе (Socialstyrelsen), а также обратиться к парламенскому уполномоченному по правам человека.

Таково положение дел «в теории».

Скандинавские правозащитные организации (в частности — Северный Комитет по правам человека) сообщают, что  на практике в Швеции социальные службы могут отнимать детей у родителей, руководствуясь весьма произвольными критериями. Работая в связке с психологами, медиками и юристами, они принимают практически всевластные решения, которые удается опротестовать крайне редко. Находясь в приемных семьях и на попечении государства дети часто подвергаются физическому и сексуальному насилию.

Шведская система «защиты» детей — один из наиболее ярких, по нашему мнению, примеров того, как под предлогом ограждения прав и свобод они, в действительности, уничтожаются, а под прикрытием «защиты детей» дети подвергаются варварскому насилию, а их жизни и жизни их семей разрушаются. Многочисленные протесты правозащитников против такой «защиты прав» пока не дали заметных результатов.

Сторонники «систем детозащиты» не рассказывают об этом, но факты доказывают обратное. Поскольку в России еще не проводилось серьезных исследований на эту тему, да и регулярные изъятия детей из семьи – дело относительно новое, мы не можем привести данные по нашей стране. Но можем привести их по тем странам, в которых аналогичная система действует давно и «успешно» — прежде всего, по США.

Поместить в безопасную среду?

Вот каковы некоторые факты:

• Исследование, проведенное в Балтиморе в 1992 году показало, что случаи доказанного сексуального насилия над детьми в приемных семьях происходят в четыре раза чаще, чем в среднем по населению[1].
• Исследование в штате Индиана, проведенное с использованием той же методологии, выявило в два раза более высокий уровень случаев сексуального и в три раза – физического насилия над детьми в приемных семьях. В детских домах уровень физического насилия в десять раз, а уровень сексуального насилия над детьми – в 28 раз превышал средний уровень по населению (преимущественно за счет насилия детей друг над другом)[2] Оба исследования учитывали лишь официально зарегистрированные случаи насилия – поскольку имеются достаточные данные о том, что такие случаи насилия часто замалчиваются, реальный уровень выше.
• Исследование в отношении приемных детей в Орегоне и в штате Вашингтон показало, что около трети из них переживали насилие со стороны одного из приемных родителей или других взрослых, живущих с ними[3].
• Еще одно балтиморское исследование выявило, что случаи насилия имели место в 28% обследованных приемных семей – т.е. более, чем в четверти[4].
• Исследование, проведенное в двух регионах штата Джорджия, показало, что среди детей, предназначенных на усыновление, 34% пострадали от насилия, пренебрежениях их потребностями и иных тяжелых условий, пока находились в приемных семьях. Среди тех, кто недавно поступил в систему, 15% пострадали от этих факторов в течение своего первого года пребывания в ней[5].
• Исследование, проведенное среди девушек, прошедших Casey Family Program, считающуюся «образцовой программой семейного устройства», в 1990 г. показало, что 24% из них подвергались сексуальному насилию или попыткам такового, находясь в приемных семьях[6]. В последующем сотрудники программы, проведя исследование среди девушек, находящихся в приемных семьях, заявило, что удалось снизить это число «всего до 12%»[7].
• Марсия Лоури, исполнительный директор организации “Children’s Rights” (сторонница приемных семей, а не сохранения родных семей), свидетельствует: «Я долгое время занималась этой работой и представляла интересы тысяч и тысяч приемных детей …  и я практически не встречала ни мальчиков, ни девочек, которые бы находились какое-то время в приемных семьях и не перенесли какую-либо из форм сексуального насилия – со стороны других детей или кого-то еще»[8].
• Наконец, анализ официальной статистики по США показывает: уровень смертности детей, находящихся в приемных семьях, в 2,17-2,5 раза превышает уровень детской смертности по населению в среднем.

Ситуация в других странах обстоит не лучше:

• Так, по данным английского исследования, дети из приемных семей, по оценкам детских врачей, в 7-8 раз чаще подвергаются насилию, а дети на государственном обеспечении – в шесть раз чаще, чем дети в среднем по населению[9].
• После того, как в 2005 г. по шведскому телевидению был показан фильм «Украденное детство», где шестеро взрослых, ставших в детстве жертвами «системы семейного устройства», рассказали о перенесенных ими в детстве физическом и сексуальном насилии, других злоупотреблениях, в стране было проведено масштабное изучение случаев нарушения прав детей в детских домах и приемных семьях. Более 1000 взрослых обратились к исследователям, желая сообщить о перенесенных страданиях. К декабрю 2009 года были собраны сведения от 600 из них, и более 404 случаев были обобщены. Среди них 85 процентов перенесли насилие в приемных семьях, 62 – в детских учреждениях, куда были помещены, 12 процентов – в иных условиях (многие пострадавшие подвергались насилию и в учреждениях, и в приемных семьях). Более половины опрошенных подвергались, находясь «под опекой государства», сексуальному насилию.

Несмотря на то, что в России подобного рода статистика еще не собрана, данных о том, что российские детские дома, куда попадают изъятые из семей дети, не менее опасны, чем американские приемные семьи, вполне достаточно. Не будем здесь говорить о нашумевшей недавно истории Артема Комиссарова (которая, кстати, касается еще и темы «детдомовской психиатрии», актуальной и в России, и в США). И без нее примеров более чем достаточно.

Вот лишь некоторые:

• Хабаровский край, 2010. Воспитатель детского дома изнасиловал девятилетнюю воспитанницу.
• Свердловская область, 2010. В детском доме подросток изнасиловал 9-летнего ребенка.
• Красноярский край, 2010. Воспитанники детского дома изнасиловали сверстника.
• Талица, 2009. Судом оправдан бывший директор интерната, где было изнасиловано более 30 воспитанников.
• Якутск, 2007-2009. Один воспитанник детского дома насиловал другого.
• Нижний Тагил, 2008. Двое воспитанников детского дома изнасиловали 11-летнего совоспитанника.
• Архангельск, 2007. Представители французской благотворительной организации два года насиловали воспитанников детского дома.
• Волгоградская область, 2007. Директор детского дома насиловал воспитанников.
• Алтайский край, 2006. За изнасилование осужден воспитатель детского дома (9 доказанных эпизодов).

Иными словами, что в США, что в России для детей, в общем и целом, значительно безопаснее находиться в родных семьях, даже если это связано с угрозами злоупотребления. Только если оставление в семье связано с явной и серьезной угрозой со стороны родителей, может быть оправдано изъятие ребенка из семьи.

Спасти от опасности?

Действительно ли там, где «система защиты детей» работает давно и прочно, детей забирают из семей именно тогда, когда им угрожает реальная опасность? Факты говорят об обратном:

• Три отдельных исследования, проведенных в 1996 г., показали, что 30% американских приемных детей могли бы спокойно вернуться к своим семьям, если бы не бедность и плохие жилищные условия родителей[10].
• Четвертое исследование показало, что «даже доказанное насилие в отношении детей не так серьезно влияет на возможность возвращения детей, как низкий заработок или плохие жилищные условия семьи»[11].
• Исследование, проведенное Child Welfare League of America в г. Нью Йорк показало, что в 52% случаев опасности для детей можно было бы избежать, обеспечив семье помощь в присмотре за ребенком в дневное время. Однако вместо этого социальные службы обычно отбирали детей и помещали их в приемные семьи[12].
• Национальная Комиссия по детям в США пришла к выводу, что дети часто изымаются из своих семей «преждевременно или без необходимости», поскольку механизм федерального финансирования дает штатам «серьезный финансовый мотив» предпочитать отбирать детей, а не оказывать семьям помощь, позволяющую им продолжать жить вместе[13].
• Бывший директор американского «Национального Центра по вопросам насилия над детьми и пренебрежения ими» Дуглас Бешаров сообщает: «В 1963 году около 75000 детей были помещены в приемные семьи в связи с насилием над ними или пренебрежением их потребностями. В 1980 эта цифра возросла до 300000. Из этих детей примерно половина провела вне родной семьи как минимум два года, и примерно одна треть – более шести лет. Однако, как указывают собранные федеральным правительством данные, выяснилось, что до половины этих детей не находились в явной опасности и могли быть без опасений оставлены на попечении своих родителей»[14]. Причину этого Бешаров связывает с отсутствием нормальных границ для вмешательства служб защиты детей в жизнь семьи и с отсутствием четких критериев для принятия соответствующих решений.
• В 85% случаев, объявленных «пренебрежением нуждами ребенка», речь, в действительности, шла о бедности. Таково мнение Тревора Гранта, бывшего Главы детского отдела Социальных Служб Нью Йорка. Он поясняет: «Семьи разрушаются по совершенно ничтожным причинам. Если сломана мебель или в доме грязно, сотрудники соцслужб забирают ребенка. Если есть хоть малейшее сомнение, для соцработника безопаснее всего забрать ребенка, указав в качестве причины пренебрежение его нуждами, поскольку это никогда не приходится доказывать в суде»[15].

Ситуация в России не отличается в этом отношении от американской – «резиновые» формулировки законов и подзаконных актов на практике оставляют любое решение на усмотрение суда, а фактически – органов опеки и попечительства.

Американскую ситуацию, к которой, как указывают все факты, двигаемся и мы в России, описывает профессор социальной работы Дункан Линдси. Вот как он пишет о судьбе детей, «попавших в систему»: «Как только они оказались внутри нее, за ними захлопывается бюрократическая дверь, и выбраться обратно уже сложно. Бюрократическая инерция поддерживает сама себя. Надо следовать процедурам. Надо заполнять бланки. Надо проводить заседания и опросы. Еще бланки. Никто не хочет принимать на себя ответственность за возвращение детей в возможно опасное домашнее окружение. Обязанность доказывать свою правоту ложится уже не на агентство, которое, как оно считает, правильно сделало, изъяв детей, а на родителей, которые должны убедительно доказать, что их детям можно позволить вернуться домой. Система, созданная для помощи детям и семьям, утратила понимание своего смысла»[16].

Эту точку зрения подтверждают и исследования:

• Исследование случаев насилия над детьми и пренебрежения их потребностями, проведенное в Массчусетсе, показало, что тяжесть травмы снижала вероятность изъятия ребенка из семьи. Решение изъять ребенка из семьи зависело не от тяжести травмы, а от финансовой возможности семьи оплатить медицинскую помощь[17].
• Изучение ситуации с изъятиями детей учеными, правительственными комиссиями и юристами в целом ряде случае приводило к одному и тому же выводу – 30% детей, изъятых из семей, были отобраны без всяких реальных оснований и не должны были подвергаться изъятию[18]. Исследователи пришли к выводу: «Эти дети были изъяты из семьи не ради их безопасности, а ради безопасности соцработников».

Можно было бы продолжать приводить данные, но уже приведенные в достаточной мере показывают: действующая в США система приводит к огромному числу случаев изъятия детей без всяких оснований. Эти дети годы проводят вне родной семьи, и родители не могут защитить их и свои права, несмотря на более развитую, чем российская, традицию юридической защиты прав граждан в судах. При этом американская система «защиты детей» полностью аналогична российской в трех главных аспектах: (а) «резиновые» формулировки законов и нормативных актов дают почти безграничные возможности для вмешательства в жизнь семьи, (б) для представителя соответствующих служб всегда безопаснее забрать ребенка, чем оставить в семье и (в) финансовая составляющая системы дает стимул изымать детей из дома, но не воссоединять семьи.

Лучшие условия воспитания и развития?

Факты доказывают, что родная семья куда более безопасна для ребенка, чем та «безопасная среда», куда он попадает после «спасения». От фактов никуда не деться, поэтому «детозащитники» находят новый аргумент в оправдание своих действий. Попав в детский дом или приемную семью, ребенок будет, якобы, лучше развиваться, чем в родной, «неблагополучной». Так ли это?

Факты и в этом случае говорят об обратном:

• В одном из самых масштабных исследований в США, посвященных влиянию изъятия из семьи на социальное будущее ребенка, были изучены биографии 15000 детей, попавших в поле внимания «служб защиты детей» с 1990 по 2003 г.  Учитывалась частота подростковых беременностей среди этих детей, совершения подростками правонарушений, уровень безработицы среди них. Сравнивались группы детей, подвергшихся схожим по характеру злоупотреблениям в семьях. По всем изученным показателям дети, которые после этого были оставлены в родных семьях имели меньше проблем, чем дети, помещенные в приемные семьи. Этот вывод оставался верным даже в тех случаях, в которых родные семьи получали куда худшую социальную поддержку, чем приемные[19].
• Ученые из Университета Миннесоты провели исследование, сравнив уровень развития детей, переживших примерно одинаковые злоупотребления, и оставшихся в родных семьях с уровнем развития детей, помещенных после этого в приемные семьи. Дети, оставшиеся в родных семьях, выигрывали в развитии даже в тех случаях, когда их семья получала минимальную государственную социальную поддержку или не получала никакой[20].

Исследования в других странах показывают, что у детей в приемных семьях в среднем хуже успехи в учебе, больше проблем с поведением и психопатологий.

Все это говорит о том, что и с точки зрения развития ребенка изъятие его из родной семьи наносит ему существенный ущерб.

Итак, все три существенных части утверждений сторонников широкого вмешательства государства в жизнь семьи «для спасения детей» ложны. Дети весьма часто изымаются из семьи не ради спасения их от опасности, а ради большего спокойствия ответственных чиновников. Среда, в которую помещаются дети после изъятия, обычно значительно более опасна для них, чем их родная семья. Их развитие в результате изъятия страдает сильнее, а социальное будущее оказывается более угрожающим, чем у их товарищей по несчастью, оставшихся в родной семье.

Иными словами, в огромном числе случаев вмешательство государства в жизнь семьи и изъятие из родной семьи ребенка осуществляется вовсе не в интересах ребенка, и это совершенно очевидно.

Нужна ли нам в России эта система, которая уже начала активно действовать в нашей стране?

[1] Mary I. Benedict and Susan Zuravin, Factors Associated With Child Maltreatment by Family Foster Care Providers (Baltimore: Johns Hopkins University School of Hygiene and Public Health, June 30, 1992) charts, pp.28,30.

[2] J William Spencer and Dean D. Kundsen, “Out of Home Maltreatment: An Analysis of Risk in Various Settings for Children,” Children And Youth Services Review Vol. 14, pp. 485-492, 1992.

[3] Peter Pecora, et. al., Improving Family Foster Care: Findings from the Northwest Foster Care Alumni Study (Seattle: Casey Family Programs, 2005).

[4] Children’s Rights, Inc., “Expert research report finds children still unsafe in Fulton and Dekalb foster care,” Press release, Nov. 5, 2004.

[5] Memorandum and Order of Judge Joseph G. Howard, L.J. v. Massinga,, United States District Court for the District of Maryland, July 27, 1987.

[6] David Fanshel, et. al., Foster Children in a Life Course Perspective (New York: Columbia University Press, 1990), p.90.

[7] .How Are The Children Doing? Assessing Youth Outcomes in Family  Foster Care.  (Seattle: Casey Family Program, 1998)

[8] Dana DiFilipoo “Avalanche of Anguish” Philadelphia Daily News, Jan. 21, 2010.

[9] Hobbs GF, Hobbs CJ, Wynne JM. Abuse of children in foster and residential care. Child Abuse Negl. 1999 December;23(12):1239-52.

[10] Deborah S, Harburger with Ruth Anne White, “Reunifying Families, Cutting Costs: Housing – Child Welfare Partnerships for Permanent Supportive Housing Child Welfare, Vol. LXXXIII, #5 Sept./Oct. 2004, p.501.

[11] Ruth Anne White and Debra Rog, “Introduction,” Child Welfare, note 3, supra, p. 393.

[12] Mary Ann Jones, Parental Lack of Supervision: Nature and Consequences of a Major Child Neglect Problem (Washington: Child Welfare League of America, 1987) p.2.

[13] National Commission on Children, Beyond Rhetoric: A New American Agenda for Children and Families, (Washington, DC: May,  991) p. 290.

[14] Douglas J. Besharov, «Right versus Rights: The Dilemma of Child Protection,» Public Welfare, (Spring 1985).

[15] Seth Farber, «The Real Abuse,» National Review, (April 12, 1993).

[16] Duncan Lindsey, The Welfare of Children, (New York: Oxford University Press, 1994) pp. 48 — 54.

[17] Mitchell H. Katz, Robert L. Hampton, Eli H. Newberger, Roy T. Bowles, and Jane C. Snyder, «Returning Children Home: Clinical Decision Making in Cases of child Abuse and Neglect,» American Journal of Orthopsychiatry, 56, 253-263.

[18] Richard Wexler, Wounded Innocents: The Real Victims of the War Against Child Abuse, (Buffalo, New York: Prometheus Books, 1995) p. 211.  Governor’s Commission on Children, Final Report, January 1989, p. 75.  R. Bruce Dold, «Kids Suffer Under DCFS Reform Efforts,» Chicago Tribune, (September 22, 1995).

[19] Joseph J. Doyle, Jr. , “Child Protection and Child Outcomes: Measuring the Effect of Foster Care” American Economic Review: In Press, 2007.

[20] Byron Egeland, et. al., “The impact of foster care on development” Development and Psychopathology, (Vol. 18, 2006, pp. 57–76).

Жила-была в Швеции семья Йохансонов – Анни и Кристер. И был у них семилетний сын Доминик. И жила бы семья долго и счастливо, если бы в один прекрасный день, когда семья собиралась слетать в Индию (мама Доминика – гражданка Индии), ребенка вдруг не забрали прямо с самолета и не поместили в детский дом. И теперь мальчик живет в детском доме, родители видят его только очень редко и под наздором социальных работников и делают все, чтобы им вернули ребенка.

Эта история произошла в 2009 году и до сих пор не закончилась. Почему же ребенка вдруг забрали у семьи? Причем забрали внезапно, без каких-либо предупреждений? Может быть, родители издевались над ребенком, избивали его? Сделали что-то противозаконное? Так ведь не бывает, чтобы в благополучной Европе вдруг взяли и отняли ребенка у родителей просто так?!

К сожалению, бывает.

Когда социальные службы сняли Доминика с самолета и забрали в приют, они представили единственную причину для своих действий: ребенок не посещал школу, а учился дома. Этот факт мог бы не быть столь удивительным, если бы не одно обстоятельство – дело в том, что в июне 2009 года, когда произошла эта история, домашнее обучение в Швеции было вполне легальным, и семья имела полное право учить дома своего ребенка по шведским законам. Это в 2010 г. в Швеции приняли закон, несколько ограничивший права на домашнее обучение. А в 2009 г. домашнее обучение было совершенно законным. Никаких сколько-то серьезных норм закона семья не нарушала.

Слева: семья Доминика до вмешательства шведских соцслужб
Справа: Доминик через семь месяцев после разлучения с родителями

Никто не предъявлял родителям обвинений ни в чем противозаконном. Никто не утверждал и не утверждает, что они плохо обращались с сыном. Никто не выдвинул в их адрес никаких веских обвинений. Просто так, без решения суда и без предупреждения, простым произволом социальных служб у вполне благополучной семьи отняли ребенка и поместили в детский дом. Да еще и ограничили возможность его общения с родителями.

Затем дело рассмотрел суд. Можно было бы ожидать, что он пресечет произвольные и явно странные действия социальных служб. Но, увы, этого не произошло. Суд заявил, что социальные работники, которые, в общем-то, просто похитили ребенка у семьи, поступили вполне правильно. Во-первых, сказал суд, у тех, кто учится дома, проблемы с академическими успехами и с социализацией. Во-вторых, как выяснилось, ребенку не сделали прививки. А в-третьих – оказалось, что мальчику нужно было посетить зубного врача, поскольку у него кариес. Поэтому социальные работники правильно сделали, забрав его у родителей и не возвращая им.

Первое – просто неправда. Каждый год все новые и новые исследования показывают, что дети, обучающиеся в семье, достигают как минимум не меньших (а то и больших) успехов, чем их сверстники, посещающие школу, и в учебе и в сфере социализации. Впрочем, это само по себе не должно было волновать суд, поскольку, повторим, домашнее обучение на тот момент было в Швеции полностью законным и, выбирая его, родители не нарушали закон.

Не менее странно выглядит и второе основание, упомянутое судом. Дело в том, что в Швеции нет обязательной вакцинации и родители не обязаны по закону делать своим детям прививки. Иными словами, родители имели полное право их не делать.

Что касается кариеса, то, во-первых, ко времени суда он, надо полагать, был уже вылечен. А во-вторых, небольшие проблемы с зубами в качестве основания для разрушения семьи выглядят попросту смехотворно.

Иными словами, никаких существенных оснований для того, чтобы забирать ребенка у родных и удерживать его вдали от семьи, почти не позволяя общаться с родителями, ни у кого не было. Единственным основанием оказалось просто произвольное мнение социальных служб и суда – «а мы считаем, что ребенку так будет лучше». Увы, но именно такую форму приобретает иногда на практике «защита прав детей» в некоторых странах Европы, считающих себя вполне демократичными и признающими главенство закона.

Представители власти, в обоснование своей позиции ссылались на Конвенцию ООН о правах ребенка. При этом они, очевидно, просто забыли, что одно из базовых прав, о которых говорит Конвенция, это право ребенка не быть разлученным с родителями вопреки их желанию.

Но на этом эта странная, похожая на ночной кошмар или фильм по новелле Стивена Кинга, история не закончилась. В январе 2010 года высший административный суд Швеции, вместо того, чтобы отменить решение нижестоящего суда, столь очевидно направленное против права и справедливости, поддержал его. Таким образом, он, фактически, объявил, что представители власти вправе отобрать детей у любой семьи, не нарушившей никаких норм закона – просто решив, что детям будет лучше без родителей. Социальный работник прав просто потому, что он убежден, что прав.

Такой, увы, бывает жизненная реальность в современной Швеции, на которую сторонники ювенальных технологий и «служб спасения детей от родителей» постоянно указывают как на пример образцовой «защиты прав ребенка». Если это – защита прав детей, то что тогда такое их нарушение?

Сейчас юристы из американской организации HSLDA (посвятившей себя защите права на семейное образование в США и во всем мире) и из организации христианских адвокатов ADF помогают семье Йохансонов представлять свое дело перед Европейским Судом по правам человека, поскольку действия Швеции в этом деле совершенно очевидным образом нарушили 8 статью Европейской Конвенции о защите прав человека (о праве на защиту частной и семейной жизни от произвольного вторжения).

По словам Майкла Доннели, директора HSLDA по международным связям, эта история стала пыткой для всей семьи. Йохансоны не понимают, почему у них, любящих родителей, без всяких веских причин забрали сына. Между прочим, шведские адвокаты сообщают, что представитель администрации Швеции в Евросуде предпринимает все возможное, чтобы делу не был дан ход. Остается надеяться, что эти усилия останутся бесплодными и Европейский Суд защитит права шведской семьи.

Мы считаем, что история семьи Йохансонов не должна оставлять равнодушными и жителей России, особенно российские семьи. Если мы уже сейчас не будем обращать внимания на то, как обходятся с семьями в других странах, грубо нарушая их права, если не поможем попавшим в трудную ситуацию семьям решить их проблемы – завтра поток подобных ситуаций окончательно захлестнет всю Европу, включая и Россию.

Межрегиональная общественная организация «За права семьи» направила письмо г-же Марии Ларсон, Министру по делам детей и престарелых Министерства здравоохранения и социальных вопросов Швеции, прося помочь защитить семью Йохансонов и помочь ей восстановить нарушенные права. В ближайшие дни будут направлены такие же письма другим представителям властей и общественным деятелям Швеции.

Мы просим общественные организации и всех неравнодушных жителей России – давайте поможем защитить попранные права семилетнего Доминика Йохансона и вернуть его к отнятым у него родителям!

Каждый из нас может помочь Доминику и его семье:

• отправив электронное письмо в поддержку семьи в посольство Швеции в России по адресу: ambassaden.moskva@foreign.ministry.se
• поддержав коллективное обращение в защиту Доминика Йохансона и его семьи на портале «Демократор.ру» (необходимо пройти по этой ссылке, если понадобится – зарегистрироваться на портале, а потом нажать зеленую кнопку «Поддерживаю» справа в верхней части страницы с обращением и не забыть пройти по ссылке из контрольного е-мэйла, присланного порталом);
• как можно шире распространив эту информацию.

Письмо МОО «За права семьи» шведскому министру по делам детей (англ. яз., pdf)
Неофициальный перевод письма МОО «За права семьи» на русский язык (pdf)

Для читающих и пишущих по-английски – дополнительные источники информации в сети:

• Сайт организации, ведущей дело семьи Йохансон в Евросуде
• Сбор подписей под англоязычным обращением в защиту семьи Йохансон (уже собрано более 3,500 подписей)
• Адреса для контактов на сайте HSLDA (общественные организации и граждане могут написать на них по-английски или по-шведски)
• Сайт друзей семьи Йохансон в интернете